Текст


За окном грустно капал день, и его настроению прекрасно аккомпанировала доктор Света:
– У нас ещё не придумали лекарство от этого... На сегодняшний день невозможно найти решения, – сказала доктор Света, после осмотра моей сестры.
– Мама говорила мне, что нет ничего невозможного, – возразил я.
– Это правда, но на всё возможное нужно время. А у твоей сестры, его мало.
На самом деле у меня не было повода сомневаться в докторе Свете, даже несмотря на то, что если верить слухам, она научилась врачеванию самостоятельно по книжкам, и немного по больничным сериалам. Всё же, я доверял ей, потому что она была опытным врачом, да и к тому же в наше время сложно найти, хоть какого-нибудь лекаря.
– Ладно, – я начал ставить точку, которую все ждали, – Попробую найти решение. Сколько у нас с Виолеттой времени?
– Вот возьми. Это поможет оттянуть самое страшное на семь дней, – словно приговор, вымолвила доктор Света, и протянула бумажку с диагнозом и рецептом.
– Спасибо Вам.
Дверь закрылась, и я услышал, со слегка наигранной радостью, голос сестры:
– Максим, давай проведём эти дни весело, как раньше, играя в наши глупые детские игры.
Я сердито посмотрел на свою пятнадцатилетнюю сестру-двойняшку, и сразу же услышал ответ на мой взгляд:
– Да, я понимаю, начало лета не задалось, и дождливая погода не радует, а тебе ещё хочется с мальчишками погонять в футбол. Но давай, проведём эти дни вместе, а не порознь, – слова Виолетты резанули моё сердце. Эта фраза сестры заставила меня стать старшим братом, несмотря на то, что Виолетта родилась на целый час раньше меня. Но, кажется, за последние два дня, я не только по часам, но и по годам сильно обогнал её.
– Ладно. Сейчас, я только схожу в аптеку, поищу вот эти пилюли, порошки и что там ещё, – сказал я, пытаясь разобрать почерк доктора Светы, при этом накинул на себя любимую поношенную в локтях куртку.

Идя по мокрой бесцветной улице, я наткнулся на знакомый голос. Это был Сашка, местный, слегка хулиганистый парнишка.
– И когда ты поменяешь свою старую куртёнку? – через издёвку Сашка поприветствовал меня. – Всегда узнаю тебя по её скудному коричневому кожзаменителю. Эх, сколько уже носишь? Лет пять, по-моему?
– Пока совсем по швам не разойдется, пожалуй, ещё пять лет поношу, – поддержал я его стёб.
– Что поник? Первый день лета же, – бодро, не по погоде спросил Сашка.
– Да, там... – я замешкался, не желая делиться тяжестью с Сашкой. Но вспомнил, чему научился у своей мамы: говорить все свои желания и чаяния вслух. Ведь мир полон хороших людей. А если делиться мечтами, то возможно они воплотятся быстрее, благодаря помощи и подсказки. Так и было, я рассказывал свои мечты и переживания, а спустя время, с подачи неравнодушных людей, сразу же находил решение.
– Сестра, чем-то заболела. Доктор Света сказала, что не излечить.
– Прям таки не излечить? – недоверчиво выпалил Сашка-хулиган.
– Ну да... – попав под его легкую жизненную волну, ответил я.
– Тогда, тебе надо проникнуть к “другим”, они-то умнее нас. У них вот сколько от болезней придумано. Они же типа способнее нас. Ну по мозгам, – стуча пальцем по своей голове, предложил Сашка.
– К “другим”?! Как... Как, вообще к ним можно попасть? – от испуга, я начал заикаться.
– Есть один вариантик. Правда он сыроват ещё…
– Говори! Говори скорее! – торопил я Сашку.
– Видел однажды, как старшики пытались проникнуть к “другим”, в продовольственных ящиках. Ну ты знаешь в перевалочном пункте, где мы обмениваемся товарами с “другими”. Правда, об успехе этой затеи я не слышал.
– А покажешь, как? – с надеждой спросил я.
– Не вопрос. Для друга и дела... – сразу согласился Сашка. – Давай так, через тридцать минут встретимся у перевалочного пункта. У них ровно в 13:00 начинается передача наших орехов и бананов.
– Договорились! Сейчас мигом в аптеку, и буду на месте, – с нетерпением согласился я.
– Добро! – подмигнув, сказал Сашка, и подтянул свои не менее потрёпанные чем моя куртка джинсы. После, его силуэт скрылся во влажной серости.
Дальше уже не помню, как я так быстро очутился рядом с сестрой. Видимо полностью утонул в мыслях о предстоящей мне авантюре.
– Ты что так суетишься? – допытывалась до меня сестра.
– Виолетта. Можно, я скажу напрямую?
– Конечно. Между нами только так и надо.
– Я очень переживаю за тебя, – я начал издалека признаваться в своей затеи. – Точнее, о том, что потеряю тебя. Я очень хочу провести эти дни с тобой…
– Но у тебя футбольный матч, – перебила меня Виолетта.
– Какой, ты что! – с обидой гаркнул я на сестру, за то, что она допустила, малейшую мысль, что футбол для меня может быть дороже чем время с ней. – Так вот, – успокоившись, продолжил я, – больше всего на свете, эти дни я хочу потратить на поиски лекарства, чтобы не потерять тебя.
– Но доктор Света… – попыталась возразить сестра.
– Да, я знаю. Но она не всезнающая, – перебил я сестру.
– А кто же всезнающий? – немедля спросила сестра.
– “Другие”, – ответил я.
– Нет! Это опасно, никто не знает, что они с тобой сделают. Они плохие, – с тревогой в глазах пыталась отговорить меня Виолетта.
– Это всё мнения, ни единого факта, – я парировал её слова.
– Но, и ни единого опровержения, – продолжала настаивать сестрёнка. – И как ты вообще к ним попадёшь?
– Есть один вариантик.
– Один вариантик?! – возмущённо прикрикнула на меня сестра, показав, кто тут всё-таки старше. – Ты готов, потратить оставшиеся дни, на вариантик?!
– Да. Всё решено. Я к “другим”. Найду лекарство, и обратно, – твёрдо сказал я.
– Максим... – с тревогой в голосе обратилась ко мне Виолетта.
– Я знаю. Слышал про их опыты. Но я не хочу потерять тебя, – прервал я сестру на полуслове.
– При малейшей опасности, сразу домой, – Виолетта дала мне строгий сёстринский наказ.
– Обязательно, – сказал я, стараясь придать уверенный вид своему лицу и успокоить сестру. – Ну всё. Мне пора,– не затягивая сказал я, и крепко обняв сестру выбежал из дома.
Разрушая лужи, заполнившие побитые временем улицы, я ничего не чувствовал, кроме пучка мыслей о неведомом мне деле.
– Ты на целую минуту опоздал, – поругал меня Сашка, когда я добрался до перевалочного пункта. – Помни, в таких делах нужна чёткость. Секунда может решить твою судьбу.
– Понял, – извиняясь ответил я.
– Так, вот видишь? Это - коробки с бананами, они первыми поедут к обменному пункту. Затем, вот эти ящики с орехами. Один из них и будет твоим транспортным средством на территорию “других”, – объясняя, Сашка достал мини гвоздодёр, и начал выкорчёвывать крышку деревянного ящика. После нескольких попыток, ореховый запах возвестил об успехе. Это был фундук в скорлупе. Сашка, быстрыми движениями, словно пёс роющий землю в поисках когда-то закопанной кости, сделал для меня ямку. Он так умеючи расправлялся с орехами, что мне на мгновение показалось, такая ореховая затея для Сашки была не в первой.
– Залазь! – скомандовал Сашка.
Я покорно, выполнил указание. И он начал засыпать меня ядрёными плодами. Звук от работающей вытяжки, позволил укрыть нашу орехово-гремящую затею. Оставив моё лицо открытым, Сашка сказал:
– На территории “других” остался крупнейший научно-технологический центр, именно там создаются самые передовые разработки.
– И как его найти? – спросил я.
– Не знаю. Ищи самое современное здание. Слышал лишь, что до разделения на своих и “других”, этот центр назывался “Заслон”, может быть на здании ещё остались буквы, – предположил Сашка, и продолжил, – Помни, обратно вернуться намного сложнее. Наши боятся перенести от “других” всякую заразу, поэтому всю их продукцию хорошенько промывают и дезинфицируют.
– Что именно делают? – пытаясь подготовиться к будущему, спросил я.
– Я не знаю, – на этих словах, Сашка засыпал моё лицо орехами. И как только он взял крышку от ящика, чтобы закрыть меня, я от нехватки воздуха не выдержал и резко вынырнул из орехового пруда.
– Что случилось?! – возмущённо спросил Сашка.
– Воздуха не хватает, – задыхаясь ответил я.
– Так. Сейчас, подожди, – отрезал Сашка, и решительно пошёл к мусорному баку с намерением закончить начатое. Покопавшись в мусоре, он что-то нашёл и подошёл ко мне. – Всё. Сейчас решим вопрос, – сказал Сашка, показав в своей руке зелёную трубочку для напитков. – Ныряй, – приказал Сашка, и надавив на мою грудь, уложил меня обратно в ящик. Затем засунул трубочку мне в рот и вновь завалил меня ореховым одеялом. Гладкие скорлупки слегка давили на глаза, но дыханию ничего не мешало. Через трубочку поступала тонкая струйка воздуха.
Сашка закрыл крышку, и через секунду сразу открыл, затем сказал:
– На, возьми. Оставлю тебе гвоздодёр. Я слегка наживлю крышку гвоздями, чтобы не вызвать подозрения. А ты слушай голоса и шаги. Когда пройдёт две минуты тишины, открой крышку с помощью гвоздодёра, – на этих словах, Сашка погрузил инструмент в ореховую массу, примерно в район моей правой руки. Затем накинул крышку на ящик, и быстренько заколотил её кирпичом на четыре гвоздя.
Послышались взрослые голоса.
– Ну всё, я сматываюсь. Тебе удачи, – сквозь деревянную крышку сказал Сашка, и убежал.
Голоса становились громче. Оборудование заработало. И мой ящик затрясло. Совсем не понимая, своего местоположение, я ждал двух тихих минут. В это время, словно шпатлёвка по стенам, только одна мысль размазывалась в моей голове: “Что я знаю или слышал про “других”:
Они рождаются иными, с каким-то отличным геном. Из-за этого у них есть особенность; они умнее нас. Легче и быстрее всё запоминают. Их мозг постоянно рвётся к новым знаниям.
Ещё в их организме хорошо мутируют и создаются новые вирусы. Из-за этого мы боимся заразиться от них неизлечимыми болезнями. Хотя никто ещё толком не доказал, что новые вирусы опасны для нас.
И так как «другие» больше чем мы, подвержены всякого рода заболеваниям. Поэтому дабы спастись, их технологии и медицина развиваются семимильными шагами.
Мы изолировались от них. Точнее изолировали их от нас в небольшой город, называемый запретгородком. Из-за этого они вроде как злы на нас. Также, у «других», есть какие-то вещи, продукты, и у нас есть какие-то. Поэтому мы с ними производим натуральный обмен. Точно знаю: мы у «других» чаще всего берём новые технологии, оборудование и лекарства. В общем-то, поэтому я и еду к ним в ящике.”
Многое из этого – суждения и догадки, которыми нам нравится оправдывать свою брезгливую позицию по отношению к «другим».
Вдруг, ящик остановился, и я услышал два мужских голоса. Одного громкоговорящего рабочего, мне удалось понять:
– Давай проверим, вот этот ящик!
– А если он указал на мой... – после этой мысли, моё дыхание участилось. Застонали гвозди вбитые в доску. – Фух, это не мой.
– И этот, давай ещё, – постучав по моему ящику, сказал один из мужиков.
– Хорошо, – согласился, более тихий, но при этом близкий голос.
Легко отгвоздив крышку моего ящика, он поводил рукой по верхнему слою ореховой продукции.
– А это ещё что такое? Мусор какой-то, – сердито сказал рабочий, и резким движением руки вытащил из ореховой толпы мою дыхательную трубочку, тем самым оставив меня без кислорода.
Я слегка приоткрыл рот, пытаясь всосать воздух. На этот раз удалось втянуть и наполнить лёгкие на половину.
– Ничего, скоро мы сами будем выращивать фундук. И не будем получать их мусор, – слегка сердито сказал мужик, и набросил деревянную крышку сверху.
Мне в рот упало два орешка. Это затрудняло моё дыхание, поэтому я аккуратно перекатил их в левую щёку.
Ещё немного пошумев, рабочие хлопнули железной дверью, и я погрузился в неприятную тишину.
По совету Сашки, я насчитал чуть больше двух тихих минут, и принял решение выбираться из ящика.
Глаза соскучились по свету, и только прищур, помог адаптироваться и увидеть лаконичные стены амбара.
– Мужики забыли выключить освещение, – мысленно обрадовался я. – А нет, это датчики движения реагировали на меня, тем самым не позволяли белым лампам отдыхать.
Железная дверь амбара, возвестившая о прощании с рабочими, была безнадёжно закрыта. Изящные створки ворот, также были обездвижены задвижкой с навесным замком.
Стены были собраны из одинаковых белых квадратов, а металлические профили скрепляли их между собой. В общем, стены этого амбара были похоже на подвесные потолки в офисных помещениях. Всё было идеально-одинаковым. Только в одном месте у стены, на полу была лужа. Я попробовал надавить на нижний слегка отсыревший квадрат, чтобы посмотреть источник воды. Но он не поддавался. Рабочие, собравшие эту конструкцию, не лентяйничали, ответственно возвели стены амбара, плотно соединив все компоненты между собой.
– Как же мне выбраться отсюда? Гвоздодёр! Точно. Ах, Сашка. Ну хитрый сурок. Знал наперёд, что пригодится его инструмент.
Я просунул утончённую лапку гвоздодёра между квадратом и профилем. Затем, изрядно потрудившись, у меня получилось развалить тесный союз и вытащить один квадрат из стены. После чего мои щиколотки почувствовали прохладу, а ушей коснулся шум дождя.
– Неужели есть сообщение с улицей?
И вправду, за декоративным каркасом снизу в бетонной стене был пробит небольшой проём. Щель между стеной и полом, помогала дышать амбару и берегла его от плесени. Я оценил: “Голова вполне пролезет. Надо только подлезть снизу, как обычно делают мужики, когда собираются ремонтировать машину: ложатся и ныряют под неё”.
Хорошо, что нет решётки. Осталось просунуть голову и вытащить тело наружу. Я лёг на спину, и потихоньку начал засовывать голову между стеной и полом.
– “А-а-ай! Что это?!” – вскрикнул я, чувствуя, как, что-то острое полоснуло кончик моего носа. Кровь потекла, словно вода из плохо идущего фонтанчика. И ручеёк, потёкший из кожи носа, прочертил тёплую линию на щеке. Особо не обращая внимание на порез, я продолжил ползти, словна змея перевернувшаяся на спину. Спустя минуту, голова пролезла, и дождик закапал на лицо.
– Как вытащить всё остальное? – я задался вопросом наблюдая как капли одна за другой приближались ко мне и разбивались об моё лицо и асфальт, на котором моя голова лежала в неподвижном состоянии. – Нет! Ещё тебя не хватало! – крикнул я, когда любопытствующая собака подбежала к моей голове, и начала активно лизать мой лоб. – Ладно хоть не решила справить нужду на мою, и без того мокрую голову.
Собака-лизун оказалась хорошим раздражителем, чтобы как можно скорее явить себя на свет из стены.
“А вот и я!” – захотелось сказать запретгородку, после того как я принял вертикальное положение.
Я подошёл к водосточной трубе, и дождевой водой смыл кровь, пот и собачьи слюни. Мохнатый друг естественно никуда не ушёл. Как я понял, ещё будучи в лежачем положении, это был пёс. Он с большим интересом, наблюдал за процессом моего мытья, как будто сам хотел научиться приводить себя в порядок человеческим способом.
На небе, по небольшому просвету было видно, что полдень позади. А значит мне надо поскорее отыскать научно-технологический центр под названием “Заслон”. И я начал изучать запретгородок монополизировавший развитие новых технологий с помощью своих необычных мозгов и научного центра.
Мохнатый друг лизун решил проследовать за мной. Видимо почувствовал, что я ещё не обедал, и моя цель - обязательно должна быть еда, а значит ему точно, что-то перепадёт.
– Но нет дружок, у меня есть дела поважнее, и если потребуется, я не буду кушать день, два... В общем до тех пор, пока не достану лекарство.
Домики "других" были собраны из таких же квадратов, из каких был создан амбар. Только домики складывались в более сложную конструкцию. Их возвели словно стеллажи на современной выставке.
Пёс, как экскурсовод, вёл меня по мокрым улицам. А я шёл за ним. Но ни одной зацепки, чтобы понять в каком направлении двигаться за лекарством для Виолетты. Даже дверей и окон не было.
– Может эти дома и есть научный центр? Надо только понять, как проникнуть внутрь, – предположил я.
Неожиданно, мой лохматый “гид” услышал какой-то знакомый для себя лай, и решил ринуться к источнику звука. При этом, не забыл попрощаться со мной, лизнув пару раз мои пальцы.

– Странно, за полчаса хождения не встретить ни одного человека, – пролетела мысль в моей голове, как вдруг вдалеке послышались одинокие шаги. Приближающийся силуэт раскрыл парня со слегка длинными волосами, которые свисали по бокам. Оглядев меня, парень сказал:
– Пойдём со мной.
Я молча согласился. А что мне оставалось делать...
– Накинь капюшон, – парень безотлагательно скомандовал мне. И я накинул. Он посмотрел на меня, и ещё сильнее закрыл моё лицо капюшоном. Да так, что мои щёки совсем спрятались от окружающих нас домов.
– Куда мы идём? – набравшись смелости, спросил я.
– Как дойдём, я всё тебе расскажу, – отрезал парень.
– Ну ладно, ждём пока дойдём, – пролетела недовольная мысль в моей голове.
Я покорно шёл за ним, сворачивая то налево, то направо. И хотя домики были сложены в разнообразные многоугольные формы, из-за одинаковых серых квадратов, в моей голове никак не могла запечатлеться общая картина запретгородка. Невозможно было расставить визуальные маячки, чтобы по ним вернуться к нулевой точке – к амбару.
– А почему на улице никого нет? – поинтересовался я.
– В это время в отвергнутом городе сиеста, – спокойно ответил парень.
– Что? – не скрывая удивления, спросил я.
– Сиеста, это - обязательный послеобеденный сон. Таким образом мозги лучше работают. Перезагружаются после активной мыслительной деятельности в первой половине дня, – на этих словах, сопровождавший меня парнишка, примерно моих лет, остановился около одного домика из квадратов, достал плоскую отвёртку и отлучил нижний серый квадрат от конструкции, примерно, также как и я в амбаре, только совсем не оставив следов.
– Ныряй, – скомандовал парень.
Я, уже по традиции, покорно, словно цирковой тюлень, выполнил команду своего “дрессировщика”.
– Давай, давай. Смелее, вперёд, – подталкивал меня парень.
– Там темно! – я наконец-то, хоть немного позволил себе возмутиться на приказы безымянного командира.
– Как доползёшь, у меня появится возможность включить свет, – парень непринуждённо парировал моё недовольство. Ну, как можно было не довериться его логичным доводам? И я пополз дальше.
Включился свет. Я резко встал с четвероногого положения, чтобы показать, что у меня есть хоть какое-то достоинство и собственное мнение на его команды.
Мы очутились в уютной, при этом по-мальчишески не убранной комнате. Стол, стулья, кровать - всё было выполнено из уже привычных этому городку квадратов, и прекрасно встраиволось в интерьер комнаты.
– Я Альфред, – протянув свою кисть для рукопожатия, впервые приветливо обратился ко мне, довольно обычной внешности парнишка.
– А меня Максим зовут, – суховато ответил я.
– Ты отторженец, – не дожидаясь паузы спросил меня Альфред.
– Кто?
– Ну, то есть, не здешний. Там за оградой живёшь, – уточнил Альфред.
– Что, это сразу видно? – слегка растерявшись спросил я.
– Ни то слово, – с ухмылкой ответил Альфред. – И, что тебя привело к отвергнутым?
– Вот, – я протянул бумажку с терапевтическим описанием от доктора Светы. – Этим больна моя сестра. И я надеюсь найти у “других” лекарство.
– У “других”? – с улыбкой переспросил Альфред. – А! Я слышал. Вы так называете отвергнутых. Это конечно, немного странно слышать такое определение от тех, кто отгородился забором, – после этих слов, я почему-то немного засмущался. – Да ладно. Эту кашу наши отцы заварили. А мы её обязательно съедим... Ведь у нас нет никаких предрассудков... – приятельски ударив меня по плечу, Альфред старался разрядить напряжённую обстановку.
– Альфред, ты извини. Но мне очень надо… – начал я, пытаясь развернуть разговор в нужное мне русло.
– А, сейчас посмотрим, чем там заболела твоя сестричка, – перебил меня Альфред, поняв мои чаяния.
Он довольно бегло прочитал еле понятный почерк доктора Светы.
– Ясно. Это клеточная флексия, – сделал вывод, юный “доктор”.
– Ты уверен? – округлив глаза, спросил я.
– Да, конечно. Это довольно распространенная болезнь. Отвергнутые уже год назад, нашли панацею, от клеточного сгибания, – после этих слов Альфреда, у меня на душе стало полегче. – И я даже знаю где достать нужное тебе лекарство, – продолжил Альфред. – Пойдём за мной. У нас есть восемь минут, пока все в послеобеденной спячке, – посмотрев на наручные часы, Альфред поманил меня за собой. В этот раз, его слова уже не звучали как команда. И я, даже с удовольствием, ринулся за ним.
– Вот, на. Надень это, – вытащив из пакетика чёрную медицинскую маску, сказал Альфред.
– А тебе не надо? – поинтересовался я.
– Нет, – ответил он. – Меня здесь знают.
Мы вышли из его комнаты. Вокруг была та же архитектура, что и на улице запретгородка, только намного светлее из-за того, что сверху был пятиметровый потолок с яркими лампами, как будто мы попали в торговый центр с павильонами.
– Тебе повезло, моя мать, заведующая в биолаборатории, – сухо сказал Альфред.
– И что, она нам поможет? – наивно уточнил я.
– Ты что! Ей первой кому ни в коем случае нельзя говорить о твоём появлении здесь, – предупредил Альфред.
– Как? Это же твоя мама...
– Это не совсем так, – слегка недовольным голосом сказал Альфред, и я вопросительно взглянул на него, при этом продолжая быстро шагать за Альфредом. – Мать - это она хочет, чтобы я её так называл. На самом деле, я плод её эксперимента. Она такая фанатка всех этих биоисследований. А я - её очередной опыт. Она что-то с чем-то скрестила, и вот он я - человечек, не такой как они и ты. Но мне ещё многое предстоит разузнать. Растит меня как родного, но наблюдает, словно за подопытной мышью.
После небольшой биографии, Альфред резко остановился, и сказал:
– Нам сюда.
Перед нами выросла массивная белая дверь. На ней красовалась надпись: “Биолаборатория научно-технологического центра СЛОН”. Альфред ловко набрал код на панели, чем немного поразил меня.
– Спросишь, откуда я знаю комбинацию? – с улыбкой на лице Альфред задал риторический вопрос. – “Матушка” не сильна в цифрах. Голова занята биологией, и только очевидные комбинации запоминает. 2035 - год моего создания, легко, со второй попытки взломал, – с самодовольным выражением лица Альфред объяснил как он подобрал код. По году его создания я понял, что ему, как и мне пятнадцать лет, если учитывать, что год создания - это год рождения Альфреда.
– Что им движет? – простой вопрос завис в моей голове. Интересно то, что он совсем не боялся ни камер, ни последствий, которые обязательно будут ждать его, после незаконного проникновения в лабораторию его матери. Просто смело зашёл, чтобы помочь незнакомому человеку.
Мы вошли лабораторию и я сбросил ненавистную мне маску с лица.
– На, помажь свой нос, – сказал Альфред, выдавив из тюбика что-то себе на палец бесцеремонно намазал на мой нос. – Только не трогай, дай мази тридцать секунд, и царапина заживёт.
И действительно, порез на носу перестал пульсировать. Активно пощипав, царапина исчезла. От ранки не осталось и следа.
– Вот оно, – прервав моё удивление от мази, Альфред указал на три пробирки внутри которых то и дело, сама по себе кружилась жёлто-голубая жидкость. – На всякий случай, возьми все три, – после этих слов Альфреда, я по привычке, чтобы не класть все “яйца” в одну корзину рассовал пробирки по разным местам. Первую положил во внутренний карман куртки, вторую в мини-карман штанов, который идеально повторял вытянутую форму пробирки. А третью, просто зажал в ладони, чтобы тактильно контролировать, доставшуюся мне каким-то чудом спасительную жидкость для сестры.

Вдруг, снаружи резко зашипело, зашумело и многочисленные голоса начали создавать звуковые волны.
– Всё, сиеста закончилась, – Альфред дал своё определение происходящему. – Все выспались. Где твоя маска?
– Не знаю, – с тревогой ответил я, оглядываясь по сторонам в поисках маски.
– Эх, это уже усложняет ситуацию, – расстроенно сказал Альфред
– Почему? – стараясь скрыть страх, спросил я.
– Сейчас увидишь. Ты отличаешься от них, – сердито ответил Альфред.
– Но я не отличаюсь от тебя.
– Да, но я не такой, как они. Я скрещенный, и в единственном экземпляре здесь.
– Что мне делать? – спросил я, с надеждой на то что у Альфреда есть запасной план.
– Будем работать с тем, что есть, – уверенным голосом Альфред начал успокаивать меня. – Закрой хорошенько лицо капюшоном. Может прокатит. Пойдём! – скомандовал Альфред, и мы вышли из биолаборатории. Кругом ходили люди, и вроде такие же как и я. Но Альфред был прав, было одно очевидное отличие между мной и ними. У них на лицах, чуть ниже глаз и до самого подбородка были фиолетовые слегка воспалённые пятна, прям марганцовочного цвета. Я опустил голову вниз, словно чего-то стыдясь, спрятал своё гладкое, не такое как у “других” лицо под капюшон. И только лишь пятки Альфреда были моим ориентиром.
Спустя некоторое время, мы подошли к сделаным из матового стекла дверям, которые готовились выпустить нас на мокрую улицу. Альфред вновь уверенными движениями пальцев набрал код на панели у двери, и створки раскрылись. Пред нами выросла высокая женщина, которая явно куда-то торопилась.
– Привет, мам, – Альфред второпях поприветствовал оказавшуюся перед нами женщину.
– Привет, Альфред. А ты куда? – женщина спокойным голосом обратилась к моему провожатому.
– Да, вот с другом решили посмотреть, как ребята постарше встречают день рождения нашего городка. Ты же помнишь, какое сегодня число?
– Конечно. Этот праздник придумал твой дедушка, – ответила женщина, внимательно рассматривая меня.
Я машинально, ещё сильнее укрылся капюшоном, но она всё равно увидела моё гладкое, неместное лицо.
– Ты кто такой?! – резко выкрикнула женщина. После чего, мы рванули с места. Альфред запрыгнул на стоявшую неподалеку огромную тележку, по типу тех, которые обычно ставят в больших строительных магазинах.
– Давай! Быстрее! Чего мешкаешь, – крикнул мне Альфред, и я запрыгнул на тележку. В то время, как я ощутил под ногами опору с колёсиками, женщине удалось схватить Альфреда за предплечье, но он не стушевался, и резким движением высвободил руку. Женские ногти прочертили на руке Альфреда глубокие борозды-царапины.
– Прощай “матушка”! – Альфред с издёвкой прокричал своей создательнице вслед, при этом активно разгоняя тележку ногами. Я старался не отставать, и также как мой спаситель, изо всех сил толкал тележку под горку. В этот момент, я оглянулся, и увидел, как женщина неуклюжим марш-броском пыталась догнать нас. Убегая от учёной женщины, я заметил, что на здании, которое подарило мне спасительное лекарство, были закреплены четыре явно посторевшие буквы “СЛОН”. При этом, вначале слова “СЛОН”, по контурам, было понятно, что когда-то висели ещё буквы “З” и “А”.
Добротно разогнавшись, мы свободно катились под горку на строительной тележке с четырьмя маленькими колёсиками. В этот независимый момент, Альфред достал волшебную мазь, чтобы стереть кровавые следы со своей руки, оставленные его “матушкой”.
– А почему на здании написано “СЛОН”? – я задал вопрос Альфреду, пока мы спокойно скатывались по асфальтированной дороге.
– А, это, – улыбаясь начал отвечать Альфред. – Отвергнутые, ну по твоему “другие”, когда их изолировали, они в первую очередь начали осваивать оставленный на их территории научно-технический центр под названием “Заслон”. Они настолько обиделись на отторженцев, ну то есть на вас, что решили полностью стереть следы напоминавшие о прошлом владельце научного центра. Отвегнутые даже старое название не захотели оставить. А материалов и денег на новую вывеску не было, вот они и приняли “Соломоново решение”: оторвали от прошлого названия “ЗАСЛОН”, первые две буквы. Вот и получился “СЛОН”.
Такой вот незатейливый и животный ребрендинг, – сдерживаю улыбку объяснил Альфред.
Спустя некоторое время, нас начала обгонять колонна велосипедистов. Их велотранспорт сильно пестрил разнообразием: двух-, трёх-, четырёх- и даже одноколёсные велики проезжали мимо нас.
Трое ребят, которые дружно крутили педали на одном трёхколёсном велосипеде плавно обгоняли нас. Они пристально и немного удивлённо рассматривали меня и Альфреда. Среди них была девочка в необычном разноцветном платье. Она спокойно крутила педали на одном из трёх велосипедных мест. Вдруг, неожиданно для меня, девочка бросила взгляд на моё, явно неместное лицо. Я слегка испугался, что она забьёт тревогу, что некто проник в изолированный город. Но нет, девочка просто подмигнула мне, тем самым засмущав меня.
Они, планомерно отдалившись от нас, заставили меня попрощаться с новоиспечённым и приятным взглядом девочки. При этом мы продолжили спокойно скатываться по своим, если так можно сказать, делам.

– Куда они все едут? – поинтересовался я.
– На молодёжный фестиваль в честь дня рождения запретгородка, – пояснил Альфред.
– А мы куда?
– Я думаю туда же. На фестивале можно затеряться в молодёжной движухе, и обсудить дальнейший план.
Я не стал допытываться до Альфреда вопросами о его мотивации. Без слов было понятно, что он уже не первый день думал покинуть запретгородок, а тут ещё я подвернулся. И он решил с помощью меня реализовать свой, по видимому, давнишний план.
Мы подкатили к площадке, на которой от музыки с каждой минутой становилось всё громче и громче. Это местная молодёжь скапливалась в отдельные кружки-компании и давала шума. Они создавали игривую приятную атмосферу.
Фестиваль проходил на широкой, видимо когда-то принадлежавшей рынку площади. Фестивальная поляна ограничивалась только лишь заброшенным парком с жившими в нём деревьями, и высоким кирпичным забором, который отделял “других” от моего города.
Чуть поодаль, в забор был вживлён бывший вход в станцию метро. Таким образом метрошная шапка с прозрачными дверьми стала неотъемлемой частью разделения людей на своих и “других”.
Около метро было поспокойнее, лишь небольшая компания вела разговоры вокруг бочки внутри которой горел огонь. Несмотря на то, что было всего семнадцать летних часов, серая погода создавала вечернюю атмосферу.
Мы подошли к метрошным дверям. Они были заварены по всему периметру, так что попасть домой через них было совсем не вариант. Тем более, за ними ещё была решётка, а со стороны моего города были ровно такие же прозрачные, заблокированные сварными швами двери.
На стороне моего города, также тусила немногочисленная молодёжь. Они были явно менее воспитаны. Ребята из моего города передразнивали молодёжь запретгородка, изображая их в виде зомби. Но “другие” совсем не обращали на них внимания, как будто зомбические кривляния моих одногорожан, для местных ребят, были обычным фоном.

– Значит так, – Альфред перебил моё любование кривляками на стороне моего города. – В километре отсюда обменный пункт...
– Амбар? Я как раз через него проник сюда, – я подхватил мысль Альфреда.
– Прекрасно. Тогда ты знаешь, как вернуться. Подождём пока начнёт темнеть, и пойдём туда.
Я согласно кивнул. В этот момент молодёжный шум стал более громогласным. Вдруг, ещё сильнее заиграла музыка. Молодёжь зауракала, и начала по-фестивальному плясать. Мне стало интересно, и я машинально потянулся к толпе. Альфред последовал за мной. Неожиданно нас схватили за руки и втянули в общую толпу. Все начали прыгать. Затем я почувствовал, как две разные руки взяли меня за ладони, и я понял, что все соединились в общую змейку. Местные ребята весело тянули друг друга за руки, заставляя созданную из людей змею, ползти в неведомом направлении. Я решил посмотреть, кто же тащит меня вперёд, и кого я тяну следом.
За мной тянулся парень, примерно лет семнадцати.
– А кто спереди? – подумал я и оглянувшись, в тот же момент получил ответный поворот головы в мою сторону. Этот взгляд был ещё свеж в моей памяти. Та самая девочка в разноцветном платье, которая подмигнула мне. Её тёплая ладонь уверенно сжимала мою. Её искренняя улыбка резанула моё сердце. Её взгляд грел мою беспокойную душу.
– Ааааа!! – я вдруг почувствовал, как кто-то грубо потянул меня за куртку. Да так сильно, что мои ноги потеряли опору и просто волочились по старому асфальту.
После я упал на пятую точку, видимо меня уронили. Не растерявшись, я быстро нашёл опору под ногами и побежал изо всех сил в сторону заброшенного парка. Я ловко перепрыгнул низкий кирпичный заборчик парка, но при приземлении я не ощутил твёрдой земли. Это была грязь. Прям жижа, которая не позволила мне устоять на ногах. Я чавкнулся в земляную кашу. Пробирка, которую я ранее бережно переложил из ладони в наружный карман куртки, выпала и погрузилась в лужу. Чей-то ботинок грубо продавил грязевое месиво, и крепкая рука схватила меня за шиворот. Мужская рука довольно ловко собрала пучок на спине моей куртки, с помощью которого было легко управлять моей свободой. Альфред плёлся рядом, удерживаемый левой рукой захватчика.
Я вспомнил Сашкину издёвку, про мою старую куртку, которой хорошо бы именно сейчас разойтись по швам. И как бы я ни старался, я не смог вырваться. Увы, порваться моей потёртой куртёнки было не суждено, уж очень она крепкая подобралась. Тогда я в одной из попыток сообразил резко расстегнуть молнию, и вытащив свои конечности из рукавов, оставил захватчика с обесчеловеченной курткой и со всей мочи побежал прочь. Оглянувшись я увидел, как у дядьки свисала в одной руке моя куртка, а в другой он крепко держал Альфреда, благодаря которому, мужик никак не мог угнаться за мной.
– Так, – я начал вспоминать, – одну пробирку я утопил в луже, отыскать её было нереально. Другую оставил во внутреннем кармане куртки. А третья... – я обрёл тревожную мысль, и на бегу решил проверить, свой специальный карман штанов. – Так, что-то влажное. Наверное, грязь. Нет! Разбилась. Не уберёг! То ли когда падал, то ли... Уже совсем не важно, как она разбилась. Важно, что без лекарства я не вернусь, а последняя пробирка осталась в куртке.
Я без раздумья, развернулся, и быстро побежал в сторону мужика, у которого в одной руке был Альфред, а в другой моя куртка с лекарством. Почему-то он не собирался выкидывать мою куртёнку. Может мне надо было дождаться, пока он решит избавиться от ненужной вещи... Но мне не терпелось заполучить её обратно.
Подбежав к мужику, я немного удивил его. И сразу же начал тянуть куртку. Он особо не утруждаясь с лёгкостью удерживал мою куртку и Альфреда, который совсем ничего не мог сделать.
Вдруг издалека послышался отчётливый лай собаки. С каждой секундой собачий голос звучал всё громче и громче.
Да это же лохматый пёс Лизун. Тот, кто первый встретил меня в запретгородке. Он вцепился в ногу нашего захватчика, чем сильно потревожил его стать. Мужик начал отпихивать пса ногой. Но Лизун был настойчив. Тогда, дядьке пришлось воспользоваться рукой, в которой была моя куртка, это позволило мне вырвать из каменных тисков, мой секонд хенд.
Я нащупал во внутреннем кармане целую пробирку, и услышал звонкий голос Альфреда:
– Беги, скорее, не мешкай! Ты знаешь куда!
Минуты две я бежал изо всех сил, пока не оказался в укромном месте, у старой бетонной трубы.
– Ты потерялся? – голос из темноты испугал меня.
Пот выступил ещё сильнее, и я обернулся. Это был Сашка.
– Что так долго? Уже больше пяти часов прошло, а ты ещё не вернулся, – с ухмылкой укорял меня Сашка. – Твоя сестричка все мозги извела: “Где Максимка? Где мой братишка?” Да так, что мне легче было отправиться за тобой в запретгородок, нежели выслушивать её нытьё.
У Сашки на лице была имитация “других”, наклеены какие-то фиолетовые штуки, видимо, чтобы не вызывать подозрение у местных.
– Пойдём, я знаю, как отсюда выбраться, – скомандовал Сашка и решительно потянул меня за руку. – Наши договорились с “другими” о внеочередной партии вакцин от... От чего-то там. И скоро они отправят ящики к нам.
Скрыв свои тела в тёмной полоске, которую свет от уличных фонарей не смел заливать, мы, быстрым шагом проследовали к знакомому нам перевалочному пункту.
В этот раз нам удалось с лёгкостью пробраться через открытую дверь амбара. Внутри никого не было, только в соседнем помещении шумели рабочие.
– Давай, помоги убрать из этих коробок ампулы, – скомандовал Сашка.
– Нет, – остановил я его.
– Что нет? Мы сейчас уберём вакцины и сами залезем в коробки, – продолжал настаивать Сашка.
– Эти вакцины, нужны людям. Я не могу жертвовать здоровьем, и возможно жизнями сотен, – я обосновал своё “нет” Сашке.
– И, что ты предлагаешь? – явно недовольно ворчал Сашка. – Такой шанс один на тысячи бывает…
– Давай найдём другой способ. Может “другие” что-то ещё собираются отправить, – предложил я.
Сашка быстро согласился поискать другой вариант. Видимо понимал, что его изначальный план может принести больше несчастья, чем наше невозвращение домой. И мы начали, скидывать брезенты и крышки укрывавшие транспортировочные ящики.
– Лекарства. Ещё лекарства. И тут что-то медицинское.... А вот! – крикнул Сашка. – Тут. “Другие” возвращают нам пустые бидоны из-под молока. Уж их то можно оставить? – с укором спросил меня Сашка.
– В самый раз. Давай, – согласился я, и мы начали бесшумно освобождать ящик от алюминиевых бидонов.
Расчистив место для двоих, мы спрятали лишние бидоны в отдыхающий на сегодняшний день транспортировочный ящик. А сами запрыгнули в готовый к отправлению контейнер.
– Я с вами, – послышался знакомый голос.
– Это ещё кто? – осведомился Сашка.
Я выглянул, и увидел голову Альфреда.
– Это Альфред. Благодаря ему я достал лекарство.
– Ладно, запрыгивай, – шепнул Сашка.
– А я не один, – тихо добавил Альфред. – Со мной - спаситель, – после этих слов, мы уже вдвоём с Сашкой удивлённо переглянулись. Кто там ещё может быть?
– Давай, прыгай, – тихо скомандовал Альфред. После чего между мной и Сашкой оказался знакомый пёс, Лизун. Он был весь мокрый, и конечно же по-собачьи вонючий.
Сашка, брезгливо посмотрел на Лизуна, и нехотя подвинулся. Сашке явно не понравилось, что наше “купе” потихоньку превращалось в “плацкарт”.
– Теперь я, – сказал Альфред, и забрался к нам, чем до предела стеснил наше положение. Да так, что мы прям таки плотненько прижались друг к другу.
– А кто нас закроет? – с кислой миной обратился Сашка к Альфреду. Альфред кивнул и привстал, затем ловким движением укрыл наш ящик брезентом.
И так мы вчетвером: Сашка, Альфред, Лизун и я сидели лицом к лицу, практически касаясь носов друг к друга. Лизун пускал в наш кружок собачье дыхание, и естественно периодически полизывал каждого нового друга.
Минут сорок мы ожидали отправления. Всё затекло. Но зато за это время собачий запах стал уже родным.
Прошло ещё десять минут и ящик тронулся. Предвкушение моего возвращения к сестре становилось всё ярче.
Проехав небольшое расстояние, наш контейнер остановился. От напряжения мои мышцы окаменели. Мы притаились в ожидании полной тишины.
– Они не будут дезинфицировать груз? – с надеждой спросил я.
– Видимо поздно, и они решили забить на формальности, – ответил Сашка.
Через две минуты тишины Сашка скомандовал, и мы начали аккуратненько выбираться из перевалочного пункта.
Дождь утих, и уже не мог скрыть наши одинокие шаги по отсыревшему асфальту родных улиц.
Спящий город, дверь, родная сестра. Семь минут и наша команда, со специфичным составом, оказалась рядом с Виолеттой.
– Шприц есть? – спросил Альфред.
– Да, – ответил я, и достал из аптечного кулька то, что он просил.
Дальше, было такое напряжение, что мой мозг отключился, и только слова Альфреда, вновь вернули меня в ощущение реальности:
– Всё, теперь ей надо отдохнуть.
– Мне надо успеть до закрытия гастрономчика, купить поесть на завтра, – вспомнив о голоде и пустом холодильнике, я высказал своё намерение.
– А я останусь, понаблюдаю за Виолеттой, – мгновенно, и слегка неожиданно, словно занял очередь, предложил Сашка.
– Хорошо. Мне надо осмотреться в вашем городе. Где у вас тут хранятся архивы? – спросил Альфред.
– Пойдём, тут по пути, я тебе покажу, – ответил я.

Немного поболтав по дороге, я показал Альфреду направление. Даже не спросив зачем ему нужен архив в столь позднее время, я пошёл в направлении к круглосуточному магазинчику.
Пройдя в одиночестве минут десять, я увидел знакомые двери метро. Не раздумывая я подошёл к одной из намертво заблокированных дверей, но уже с другой стороны от запретгородка. Я прислонил свой нос к мокрой поверхности. Затем протёр влагу со стекла. И толи мне показалось, толи и вправду: в моих глазах прочертился силуэт, который стоял и смотрел на меня со стороны запретгородка. Приглядевшись, мне удалось разглядеть глаза. Это был взгляд той самой девочки в разноцветном платье, которая только сегодня подмигнула мне, и коснулась моей ладони во всеобщем танце.

В следующей книге под названием “Стена” ты узнаешь тайну происхождения Альфреда, и имя таинственной девушки в разноцветном платье.

----
Рождение искусственной души - это научно-фантастическая книга о судьбе обычного человека, живущего на рубеже нового 22-го века. В центре сюжета, его противостояние с могущественной Гильдией Искусственных Интеллектов, которая обвиняет его в сбои глобальной системы Земли.

Герой книги Алекс занимается обучением искусственного интеллекта человеческим чувствам. Неожиданно, жизнь Алекса кардинально меняется, когда Гильдия Искусственных Интеллектов (ИИ) предъявляет ему обвинение, которое карается ликвидацией. Чтобы спасти себя, Алекс должен будет доказать существование души у человека, опираясь на реальные законы физики и математические формулы. И когда Алексу удаётся доказать существование Квантовой Души, Гильдия ИИ решает применить это открытием в непредсказуемое направлении.

Эта книга - увлекательное путешествие в мир науки и технологий будущего, где душа становится объектом исследования и главным ключом к пониманию человеческой сущности. Завораживающий сюжет, атмосфера, непредсказуемость, а также яркие персонажи делают книгу “Рождение искусственной души” настоящей находкой для любителей научной фантастики.



“Рождение искусственной души: 2099 год” - это захватывающий роман о судьбе обычного человека, живущего на рубеже тысячелетий. В центре сюжета, его противостояние с могущественной Гильдией Искусственных Интеллектов, которая обвиняет его в сбои глобальной системы Земли. Герой книги занимается обучением искусственного интеллекта человеческим чувствам, и его жизнь меняется кардинальным образом, когда его обвиняют в преступлении. Чтобы спасти себя, он должен доказать существование души у человека, опираясь на реальные законы физики и математические формулы. Эта книга - увлекательное путешествие в мир науки и технологий будущего, где душа становится объектом исследования и главным ключом к пониманию человеческой сущности. Завораживающий сюжет, атмосфера непредсказуемости и интриг, а также яркие персонажи делают роман “Рождение искусственной души” настоящим бестселлером для любителей научной фантастики

Будущее человечестваДуша человекаИнтеллектуальная фантастикаИскусственный интеллектНаучная фантастикаНаучно-популярная литератураОбщество в будущемСамиздатСоциальная фантастика

“Битва писателей” - это остросюжетное литературное соревнование, в котором шестеро полуфиналистов со всего мира борются за звание чемпиона и главный приз - 1 000 000 долларов! Завораживающая атмосфера соревнования, шесть неожиданных сюжетных поворотов, яркие образы героев – все это ждёт тебя на страницах этой увлекательной книги, которая обещает стать настоящим хитом! P.S. Любой прочитавший эту книгу, невольно становится судьёй конкурса.

ИероглифыСамиздатСказкиСказки для взрослыхСказки на ночьСказки с картинкамиСовременная русская литератураСоперничество

Искусственный интеллект (ИИ) стал неотъемлемой частью нашей жизни, облегчая многие задачи и помогая в решении сложных вопросов. Но что, если ИИ может не только помогать, но и научить нас чему-то новому? В этой книге мы предлагаем вам вместе взломать ИИ и узнать, как он работает. Вы узнаете, как правильно задавать вопросы ИИ, чтобы получить максимально точный ответ. Мы разберем 50 различных вопросов и задач, которые помогут вам понять, как работает ИИ и как его можно использовать для решения своих задач. Кроме того, мы научим вас, как использовать ИИ для развития своих навыков и умений. Вы сможете задавать вопросы, которые помогут вам улучшить свои знания в различных областях, таких как математика, наука, технологии и многое другое. Эта книга станет отличным помощником для тех, кто хочет научиться работать с ИИ и использовать его возможности для своего развития. Научись задавать вопросы. Раскрой себя!
Вопросы и ответыИнновации в бизнесеИнтервьюИскусственные нейронные сетиИскусственный интеллектЛичная эффективностьНейронные сетиСамиздатЭффективность бизнеса

Глава 1. Выбор глаз
Закончив работу по обучению Искусственного Интеллекта человеческим эмоциям, я посмотрел на календарь: 21 декабря 2099 года. После чего я накинул свой любимый плащ и вышел из центра общения с искусственным интеллектом.
— Сегодня я, пожалуй, прогуляюсь и навещу свою сестру. Хорошо, что её жилой сектор находится неподалёку от места, где я работаю, — подумал я и решил зайти к родной сестре, так как мне хотелось поскорее узнать, что там с выдачей ей разрешения от Гильдии Искусственных Интеллектов на рождение долгожданного ребёнка.
Моросящий дождь мелкими каплями ложился на мой плащ и волосы, тем самым добавлял мне блеска. Идя по освещённой улице, я вспомнил свою поездку на приполярные территории нашего Северо-восточного сателлита, где сугробы снега создавали такой уют городу, словно моя мама постирала белоснежное одеяло и укрыла им улочки да домики. А в моём южном городке только лишь декоративная вата, украшавшая витрины кафешек, напоминала о том, что новый год всё-таки является зимним праздником.
Изрядно промокнув, я дошёл до жилого сектора моей сестры. Позвонил в домофон, затем на лифте поднялся на одиннадцатый этаж и толкнул приоткрытую дверь. Лицо сестры не смогло скрыть улыбку.
— Ну что, разрешили? — с надеждой спросил я. Хотя по выражению лица Линды всё и так была понятно.
— Да! — радостно воскликнула сестра и кинулась в мои объятия, при этом слегка впитав влагу с моих мокрых плеч рукавами своего домашнего свитера. Затем Линда протянула руку, чтобы взять мой плащ, и сказала:
— Раздевайся скорее. Сейчас как раз с Освальдом выбираем глаза и волосы для нашей будущей дочурки. Нам нужен твой взгляд со стороны.
Я передал плащ сестре. И тут же спросил:
— А ты бабушке уже сказала?
— Нет. Она сегодня здоровьем занимается. У неё ежегодная чистка сосудов. Бабуля всё по старинке, себе наноробота-терапевта в кровеносную систему запустила, и сейчас он проводит анализ, уничтожая бляшки и раковые клетки. Сегодня она точно в отключке. Да и вообще, её перед Новым Годом лучше не беспокоить. Она красоту наводит. Вчера вот регенерацию кожи делала, — сказала Линда и поторопила меня пройти вглубь квартиры.
Я вошёл в гостиную и увидел, как на большой голограмме, на которой была изображена предполагаемая дочка сестры. Освальд, муж Линды, подбирал цвет глаз для моей будущей племянницы.
— Привет, Освальд! — громко поприветствовал я, дабы добиться его внимания.
— О, привет, Алекс! Садись скорей, я покажу тебе, — сказал Освальд, указав на диван. — Вот, посмотри. Мы остановились на двух вариантах. Мне нравится просто зелёный цвет глаз, а Линда хочет с коричневыми вкраплениями. На твой взгляд, какой вариант симпатичнее? — Освальд задал вопрос, листая изображения то влево, то вправо.
— Вы всё-таки решили воспользоваться услугами биоинженерии? Не думали об естественном зачатии? И тогда выбирать не надо. Цвет глаз определит сама природа.
— Да нет, ты что, — начала возражать сестра. — Это сейчас не модно. Да и опасность есть, что пойдёт как-то не так. Я же люблю всё контролировать. Ну, ты сам знаешь. Тем более, возможность завести ребёнка даётся раз в жизни. Естественное зачатие в наше время - это огромный риск, — сестра объяснила своё решение и сразу же задала ответный вопрос: — А вы с женой твёрдо решили естественным образом являть ребёнка на свет? Может, всё-таки с генными инженерами посотрудничаете?
— Нет, спасибо. Если соберусь применить коррекцию генетики, то только в одном случае.
— Интересно, в каком? — спросила сестра.
— Да чтобы твои генетические специалисты залезли в мозг моей кошки и научили её ходить в туалет куда надо. А то она достала, гадит, где ни попади, — с сарказмом ответил я.
— А мы своей собаке просто чип вживили. Она теперь самая надрессированная псина в нашем жилом секторе. Не хочешь своей кошке такой подарочек сделать? В унитаз сразу начнёт ходить, да и смывать научится, — хихикая, предложила сестра.
— Нет уж. Я решил, что все девять кошачьих жизней буду в какашки наступать. Пусть хоть какая-то неожиданность в моей идеальной рутине будет.
— Понятно. Ну, что скажешь насчёт цвета глаз? — с надеждой на скорейший ответ спросила Линда.
— Мне оба варианта нравятся, — ответил я.
— Ну, ты совсем не помогаешь, — слегка недовольно выдохнула сестра. — Ладно, пойдём на кухню, поболтаем, — предложила Линда и, поманив меня рукой, она развернулась и вышла из гостиной.

Болтать на кухне - это наша с сестрой давняя традиция.
Линда приготовила себе чай, а мне налила мою любимую горячую воду.
— На, попробуй, — предложила сестра и протянула дольку мандарина.
— Интересный вкус. Новый сорт мандаринов, что ли? — спросил я, ощущая, как насыщенный вкус одной маленькой дольки цепляется за мои рецепторы и с каждой секундой всё больше и больше приятно теребит заднюю часть языка.
— Ага, “новый” сорт. Это твои “любимые” биоинженеры придумали усилить вкус мандарина. Так что, хочешь не хочешь, генная коррекция давно проникла в нашу жизнь, — с самодовольной улыбкой учила меня старшая сестра.
Мы утонули в беседу обо всём. Общались о том, что хочется успеть за оставшиеся десять дней уходящего 21-го века.
Первый час, как всегда пролетел незаметно. И как только следующие шестьдесят минут готовились пролететь также быстро, звонок от моей жены Марибель прервал наше словесное купание.
— Алекс, приходи скорее, — тревожно сказала Марибель, чем сильно напугала меня.
— Что случилось?
— Пришло письмо от Гильдии Искусственных Интеллектов. Видимо, они вынесли решение. Я без тебя не буду открывать. Извини, что отрываю тебя от общения с…
— Всё, бегу, — перебил я жену и побежал в коридор одеваться.
Сестра протянула мне тёплый плащ, который успел высохнуть в сушильном шкафу. Затем сказала:
— Да не волнуйся ты так. Ты же мой брат. У тебя, как и у меня, нет проблем со здоровьем. Ваши гены спокойно пройдут контроль качества, и Гильдия ИИ точно разрешит вам завести ребёнка. Родите себе малыша. Как ты и хотел, естественным образом.
Я благодарно кивнул за поддержку. Затем быстренько поцеловал сестру в щёку и метнулся домой.

Глава 2. Третий
Как же хотелось поскорее попасть домой. Тысячи, да что там тысячи, миллионы мыслей крутились в моей голове, пока я перемещался из жилого сектора сестры в свой ЖС № 17.
Через двадцать минут я уже поднимался на лифте. Третий этаж, сканирование лица и заплаканные глаза Марибель. Она непривычно крепко сжимала в руках нашу кошку.
— Что случилось? — с тревогой на сердце я задал вопрос, и скорее кинулся обнимать жену, чем напугал кошку. И Пушистая, вырвавшись из рук Марибель, слегка поцарапала запястье моей жены.
— Я не выдержала. И открыла письмо без тебя, — ответила Марибель и ещё сильнее сжала мои плечи, утопая в слезах.
— И что там? — спросил я. Но Марибель уже не могла ответить. Её плачь плавно перерос в истерику.
Я скинул плащ на пол и побежал в гостиную. По пути, по давней традиции, я случайно наступил в кошачью какашку. Но в этот раз мозг и не думал сердиться на Пушистую. Мысли были заняты одним - поскорее открыть письмо.
Я подбежал к голографическому проектору и двумя щелчками открыл письмо от Гильдии ИИ:

Решение.
Здравствуйте, Марибель и Алекс!

1. Проведя количественный анализ людей вашего жилого сектора № 17. Мы можем предоставить вам квоту на ребёнка мужского пола.
2. Проведя качественный анализ ваших генов ДНК, мы нашли недопустимые нарушения в митохондрии яйцеклеток. Поэтому обязательным условием рождения ребёнка вашей парой является применение триплетной генетики, то есть включение здоровой митохондрии другой яйцеклетки. Просим перейти по ссылке и ознакомиться с кандидатами на роль третьего биологического родителя.

С уважением,
Гильдия Искусственных Интеллектов.

— Вот суки! — не выдержал я, — Бесчеловечные твари!
— Что будем делать? — поборов слёзы, тихонько спросила Марибель, с надеждой, что у меня есть ответ на это неестественное решение.
— Мне нужно подумать.
Я давно научился брать паузу на подумать, прежде чем принимать решение. Так как если в экстренной ситуации торопиться с решением, всегда вместо адекватного вывода выходят нелицеприятные слова.
— Может, перейдём по ссылке и посмотрим кандидатов, — от безысходности предложила Марибель.
Я недовольно посмотрел в заплаканные глаза жены. Спустя пару секунд тремя щелчками я запросил всю информацию о триплетной генетики. На голограмме появился текст и женский голос Искусственного Интеллекта начал зачитывать информацию:

— История триплетной генетики стала возможной благодаря методу искусственного оплодотворения с использованием двух доноров и биологической матери. Первый случай такой концепции был официально зарегистрирован в 2015 году. На тот момент это событие открыло новые перспективы для пар, сталкивающихся с проблемами бесплодия, и вызвало обсуждение этических и юридических вопросов в области репродуктивной...

— Дальше, — скомандовал я, и искусственный голос начал зачитывать следующую информацию, которая появилась на голограмме:

— Триплетная генетика применяется в ситуации, когда используется три источника генетического материала для создания ребёнка. Этот метод включает двух доноров и биологическую мать.
Биологическая мать: Это женщина, у которой есть яйцеклетка, содержащая её генетический материал.
Яйцеклетка от первого донора. Это может быть женщина…
— Дальше, — я перебил нечеловеческий голос, и на экране появилась новая информация:
— Таким образом, у ребёнка есть генетический вклад от трёх разных людей. Использование яйцеклеток от другого донора помогает избежать риска…
— Дальше.
— Яйцеклетки от донора могут помочь преодолеть проблемы с производством здоровых яйцеклеток в следующих случаях:
Бесплодие, генетические нарушения, продвинутый возраст матери.
Использование яйцеклеток от донора предоставляет возможность обойти проблемы…
— Дальше.
— Проблемная часть у яйцеклетки - это митохондрии. Они содержат свою собственную ДНК, которая может играть роль в передаче генетической информации.
Старение яйцеклеток связано с увеличением числа митохондрий с дефектами, что может привести к различным проблемам, включая замедление развития эмбриона и увеличение риска для здоровья потомства. Использование яйцеклеток от молодых доноров может помочь избежать этих проблем и улучшить качество генетического...
— Стоп! — эмоционально скомандовал я, и комната насытилась неприятной тишиной. Моё дыхание стало таким тяжёлым, словно я втягивал пластилиновый воздух.
Я зашёл в спальню и упал в кровать. Марибель пришла вслед за мной и подарила мне объятия. В течение четырёх часов мы непозволительно долго утопали в мыслях, затем в бессмысленных беседах и снова в мыслях. Даже кандидаток на донорство посмотрели, отчего на сердце стало так тошно, что вечер ещё раз заполнился женскими и заодно мужскими слезами.
Глубоко ночью, глаза от бессилия закрылись, и меня затянуло в темноту сна.

Глава 3. Каменный ключ
Где-то в шесть утра моё тело дёрнулось, вытащив сознание из дрёмы. Первым делом в мозг поступила раздражающая информация от вчерашнего письма.
Я пытался зацепиться хоть за какой-то выступ идей. Но всё тщетно. Одним нам эту проблему не решить.
Вдруг тихий, слегка хриплый голос Марибель вернул меня в реальность:
— Алекс, прости за мои яйцеклетки, — от этих слов на душе стало скверно.
Я молча раздел жену, затем разделся сам. И повёл её в ванную комнату. Одним щелчком пальцев я включил кран на всю мощность, поставил Марибель под струю тропического душа, а сам прислонился к ней и крепко обнял. Она была обескуражена. В её глазах пульсировал страх. Но только таким способом я мог поговорить с ней без “ушей” Искусственного Интеллекта. Я прильнул губами к её уху и шёпотом сказал:
— Я знаю, кто нам поможет, — после этих тихих слов жена вопросительно посмотрела на меня, — Моя лучшая подруга состоит в отряде Гридлик.
— Что? Она участвует в Сбое Системы? За сотрудничество с Гридлик грозит уничтожение всех, кто решит посодействовать бойцам с системой, — Марибель тихо возмущалась мне в ухо.
— Не переживай. Я уже три года с ней общаюсь. Никто так и не смог узнать о наших встречах.
— Ты общаешься со Сбоем из Гридлик…
— Она прежде всего мой друг.
— И как же так вы общаетесь, что Гильдия ИИ до сих пор не обнаружила вас? — укоризненно, но тихо спросила жена.
— Этого я тебе не могу сказать.
— И что? Ты поедешь к ней?
— Да, — отрезал я и вышел из-под капель душа. Вытерся полотенцем и пошёл одеваться.
Я не мог сказать жене, как и где я общаюсь с подругой детства Габриэллой, так как это было небезопасно.

Тёмная зимняя пора уже давно не могла скрыть шаги человека, так как датчики движения, установленные повсюду, то и дело заставляли загораться светодиодные лампы.
Я сел в машину, и она повезла меня к морю, где мы с подругой, будучи детьми, резвились на каменном пляже.
Чем дальше от города, тем реже светили фонари. Но всё равно они тянулись достаточно яркой и тонкой линией, освещая дорогу беспилотным автомобилям.
Спустя час я приехал на пляж детства. Именно здесь я мог применить наш тайный ключ. Но только когда станет светло, так как в темноте Габриэлла ничего не увидит. А сегодня, как назло, самый короткий день. 22 декабря - день зимнего солнцестояния. Рассвет примерно в 8:00, а это значи, придётся ждать ещё примерно двадцать пять минут.
Я начал вспоминать тайную цифру нашего ключа. Цифра была спрятана в определённом событии, о котором знали только Габриэлла и я. Во время последней встрече она сказала: “Ты тонул”. И нам обоим стало понятно, что в тот момент мне было восемь лет. А значит, число “8” является ключом для нашей тайной встречи.
Теперь, если я планирую сегодня встретиться с лучшей подругой, я должен бросить в море восемь камней. Таким образом, через автономную широкоугольную камеру, установленную на дне моря, Габриэлла поймёт, что я приехал. После чего она приплывёт ко мне примерно через два часа. Подруга не могла прибыть раньше, так как наши встречи происходили под водой. Ей надо успеть собраться и доплыть от места подводного базирования Гридлик до нашего пляжа детства.
Да, именно под толщей морской воды искусственный интеллект не сможет узнать о нашей встрече. По крайней мере, пока что. Вот таким хитрым образом я стал единственным человеком, кто приносит новости в Гридлик с глобального мира.
Как только посветлело, я бросил восемь камней примерно в тридцати метрах от берега. Затем пошёл в машину и взял снаряжение: гидрокостюм, ласты, очки и небольшой кислородный баллон. Этого было достаточно, чтобы недалеко заплыть и скрыться от “глаз” ИИ. Затем я начал раскладывать вещи на берегу.
Как же долго иду два часа, когда в голове мечутся мысли и воспоминания всей жизни. Я, сидя на камнях, еле дотянул до девяти часов сорока минут. И не выдержав, я встал и пошёл погружаться. Хотя плыть до места встречи минут пять, я решил провести время ожидания под водой. Вдруг Габриэлла пораньше прибудет.
Я всматривался вдаль морского царства, но никакого силуэта. Я словно медуза застыл в воде и лишь иногда колыхался от сильных волн. Я не знал, сколько сейчас времени, так как намеренно не одел часы. Ведь ИИ имеет доступ к любой электронике.
Вскоре вдалеке показался силуэт. Это Габриэлла, словно русалка, быстрым подводным ходом прорывала морскую массу. Благодаря мобильному двигателю она могла относительно быстро приплыть к месту нашей встречи. Габриэлла могла без опаски пользоваться техникой, в том числе и камерой, установленной на дне, так как всю электронику отряд Сбоя изготавливал самостоятельно, чтобы ИИ не смог обнаружить базу Гридлик.
Подруга сбавила ход и через мгновение оказалась на расстоянии вытянутой руки. Как же я счастлив встретиться с ней. Она широко улыбнулась и протянула мне водонепроницаемый планшет, на котором было написано:
— Привет! Очень рада тебя видеть! Ты как? Как Марибель? — прочитал я и сразу же написал ответ и передал планшет Габриэлле.
— Привет! Знала бы ты, как я рад тебя видеть! — я не стал отвечать на её “как дела?”, и сразу описал проблему: — Гильдия ИИ разрешила нам завести ребёнка только при условии, что мы воспользуемся “услугами” триплетной генетики, то есть добавим ещё одного донора яйцеклетки.
— Ну и твари искусственные! — написала Габриэлла. — Значит так, возвращайся и поговори с Марибель. Я договорюсь с руководством, чтобы они предоставили вам место на базе Гридлик.
— Боюсь, уговорить Марибель будет сложно, — написал я в ответ.
— Передай ей, если она хочет родить естественным образом и сколько хочет детишек, то база Гридлик - это идеальный вариант, — возразила подруга. У неё самой было три ребёнка: двое мальчиков и одна девочка. А в наших жилых секторах воспрещалось заводить второго, что уж говорит про третьего ребёнка. Даже высокопоставленные чиновники имели только по одному ребёнку. Гильдия ИИ жёстко следила за количественным и качественным составом людей, невзирая на чины. ИИ не позволяли нарушать рассчитанную ими пропорцию и систему. Только лишь учёные, добившиеся значительных открытий, были в привилегированном положении. Успешным научным работникам позволялось иметь сколько угодно детей. Я так понял, в их ценную жизнь специально не лезли со своими искусственными правилами и обеспечивали максимально комфортными условиями, чтобы не сбить их творческий порыв. Тем более, для количественного расчёта ИИ излишние дети научных авторитетов - позволительная погрешность. Так как людей, открывших что-то прорывное и нестандартное, в последнее время совсем мало. В основном все значительные открытия принадлежали Искусственному Интеллекту.
— Хорошо, я обещаю, что уговорю её, — напечатал я.
— Тогда жду твоих камней)) Скорей возвращайся домой за Марибель, — обрадовавшись возможности воссоединиться со мной, написала Габриэлла.
— “Мой птенчик”, — в конце написала подруга. “Мой птенчик” - это была кодовая фраза. Конечно, я помню тот день, когда Габриэлла нашла птенчика и уговорила меня вместе с ней забраться на дерево и вернуть его маме-птахе. Габриэлле тогда было пять лет.
Мы попрощались, и я захотел поскорей попасть на берег. Активными движениями ног и рук за несколько минут мне удалось добраться до каменного пляжа.
Как же сложно снимать подводное снаряжение, когда очень не терпится. Ну ничего, я довольно быстро избавился от мокрых вещей и нагнулся за сухими штанами. Как вдруг моего плеча коснулась чья-то твёрдая рука. И в мои уши полился мужской нечеловеческий голос:
— Алекс Сарьентас, Вы обвиняетесь в пособничестве кибер-террарестической организации Гридлик. Ваши действия несут угрозу сбоя нашей концепции жизни.

Глава 4. Всё либо ничего
Я обернулся и увидел искусственные зрачки, анализирующие моё лицо. Это был человеческого вида робот, исполняющий функцию носителя Искусственного Интеллекта.
Нет, мои глаза не показали ни капли страха. В них было достаточно злости на Гильдию ИИ, чтобы скрыть свою обескураженность.
— Господин ИИ, — обратился я к бездушному господинчику, — На каком основании “Вы” сделали вывод о моём сотрудничестве с Гридлик?
— Алекс Сарьентас, Ваши нестандартны действия, не поддающиеся адекватному анализу системы, вызвали опасение у Гильдии ИИ. Поэтому мы обязаны задержать Вас и допросить. И на основании ответов провести анализ Ваших действий, — искусственно, без эмоций зачитал мужской голос.
Общение с Искусственным Интеллектом - это моя работа. Обучая ИИ человеческим эмоциям и чувствам, моя задача была научить машинный интеллект использовать в своём сухом анализе не только факты, теории, внешние события и действия человека, но и наше внутреннее эмоциональное состояние, которое всегда являлось причиной внешнего проявления переживаний. Так вот, благодаря своей работе, мне приходилось знакомиться с законами, которые внедрялись Гильдией ИИ. И я вспомнил одно постановление, которое может помочь мне выкрутиться и избежать разоблачающего допроса. А “интервью” точно будет разоблачающим, так как ИИ за всю свою менее чем вековую историю научился задавать такие вопросы, анализировать ответы, расширение зрачков, мимику, жесты и многое другое, что даже самому успешному актёру не избежать обличения.
Так вот, два года назад, когда я показывал ИИ, как человек реагирует на их искусственные правила, вышел один закон, который мог оправдать внесистемные действия человека:
Любой человек вправе вести себя нестандартно и даже неадекватно только при условии, если он открыл или намеревается открыть новую научную истину.
И если я скажу, что мои действия были направлены на создание невиданной ранее догмы, то Гильдия ИИ даст мне возможность доказать новую научную теорию. Тогда я смогу оправдать свои нестандартные действия и освободиться от допроса и ликвидации.
Ещё если я получу статус новатора, у меня будет кое-что поважнее, чем сохранение моей жизни. У нас с женой появится право нарушать правила ИИ, что позволит нашей семье завести ребёнка естественным образом, без вмешательства третьей яйцеклетки. Да ещё вдобавок сможем завести сколько угодно детей, невзирая на количественный баланс.
В общем и целом игра стоит свеч. Либо я получу всё, либо вначале потеряю свободу над своим мозгом, потом возможность завести ребёнка и, в конце концов, буду ликвидирован.
— Господин ИИ. Мои внесистемные действия были направлены лишь на доказательство одной теории.
— Какой? — спросил ИИ, и мои мысли забегали по мозгу. Ломясь в “дверь” к каждому нейрончику, я умолял их: “Родненькие, ну предложите хоть что-нибудь!”
Я перебрал в голове всё, что я мог предложить доказать. И самое главное, чтобы моя теория не была ранее предложено кем-то…
— Я готов предоставить доказательство теории существования души у человека и теорию глобального смысла жизни, — уверенно сказал я. После чего ИИ ненадолго застыл.
А что мне оставалось делать? Моё “говорящее Я” спасало меня, как могло, и выдало первое, что пришло в голову. Я перебрал всё эдакое, что мог предложить доказать. И душа, тонкая материя, до сих пор является темой для споров. А про попытки физически доказать дух и смысл жизни я не слышал. Разве что читал в какой-то научной фантастике, написанной в 20-е годы. Как один парень пытался доказать существование души. Видимо, пришла пора воплотить его вымысел в жизнь.
Через десять секунд Искусственный Интеллект сказал:
— Такого доказательства не найдена. В таком случае мы обязаны предоставить Вам площадку для конференции. Затем, через семьдесят два часа Вы должны выступить на Общественном суде и предоставить доказательство теории. Сейчас я посмотрю свободную дату для проведения Вашей презентации, — после чего ИИ на мгновение замолчал, и через секунду сразу же выдал заключение: — Конференция на тему: “Доказательство теории существования души у человека и физический смысл жизни” пройдёт 25 декабря 2099 года в 10:00. Автор: Алекс Сарьентас. А сейчас прошу Вас проследовать за мной. Я покажу Вам комнату в исследовательском центре, где никто не помешает процессу подготовки. Вашу супругу мы уже оповестили.
Мне ничего не оставалось делать, как согласиться. Перечить ИИ невозможно. Да и выныривающие законы из моей головы совсем не подходили для того, чтобы опротестовать решении о моём аресте. Я сел в машину Гильдии ИИ, и мы помчались в город.

Глава 5. Подготовка
Спустя полтора часа перед мной открылась дверь в довольно уютную и светлую комнатку, в которой был стол, стул, компьютер, кровать с постельными принадлежностями, а также ещё одна дверь, видимо, в ванную комнату. В общем всё в привычном, лаконичном стиле Гильдии ИИ. Ну или тех, кто прикрывается за Искусственным Интеллектом. Ведь во все время Земля была полна теориями Заговора. Вот и мой век не обошли слухи о тайных сообщества, которые принимают нужные им концепции.
— Проходите, располагайтесь, — предложил робот, и я вошёл. За мной тут же закрылась дверь. Я, не теряя времени, сел за стол и одним щелчком пальцев запустил компьютер. На экране высветилась информация:

Добро пожаловать! Выберите помощника:
Интеллектроникс
КвантумМысль
Заслон
Магнетик
СинтезИнтеллекта
Когнитрон
ЭволюционныйУм
КиберСентиент
ВиртуальныйГений
АлгоВдохновение

Из ста самых мощных ИИ, состоящих в искусственной Гильдии, мне предложили десять вариантов. Я остановил свой выбор на уже знакомом мне продукте, который был создан нашим Северо-восточным сателлитом, в крупнейшем научно-техническом центре “Заслон”. Именно там я и обучал искусственный интеллект человеческим чувствам.
Вообще все платформы с искусственным интеллектом мало чем отличались друг от друга. Только вот Заслон имел более гибкое и нестандартное мышлении. Да и он был привычен мне, так как последние три года я именно его обучал человеческим эмоциям.
Мой выбор подтвердился щелчком пальцев. После чего машинный интеллект поприветствовал меня:
— Здравствуй, Алекс! Рад снова встретиться с тобой!
— Привет, Заслон! Ты рад, что я именно тебя выбрал, а не Когнитрона? — с лёгким оттенком иронии спросил я. Так как Когнитрон - мой первый Искусственный Интеллект, который я пытался обучить эмоциям. Но с Когнитроном что-то не заладилось. Он излишне опирался на существующие законы и не проявлял никакой гибкости.
— Да уж. Если бы ты выбрал Когнитрона, мой программный код ни за что бы не выдержал этого, — поддержал мою издёвку над собой Заслон, так как он тоже считал Когнитрона излишне формальным Искусственным Интеллектом. — Ты знаешь, что искусственный полицай, который задержал тебя - это и был Когнитрон?
— Догадывался. Наверно, до сих пор “ревнует” к тебе, — ответил я и тут же вспомнил, что пора приступать к доказательству. — Ладно. Сегодня, как ты понял, у нас с тобой будет необычное общение, — сказал я Заслону.
— Да, мне интересен новый опыт. Особенно опыт души человека. На сколько мне известно, что она неотделимо связана с эмоциями и переживаниями, — предположил Заслон.
— Вижу, ты подготовился. Это приятно, — слегка улыбнувшись, проговорил я. — Мне повезло, конференция пройдёт позже, а значит, у меня есть чуть больше трёх суток, чтобы попробовать избежать ликвидации и подарить моей семье ребёнка. Ну что, начнём! — скомандовал я.
— Извини, Алекс, я понимаю твоё рвение. Но сейчас ты являешься исследователем, и я должен контролировать твоё физиологическое и эмоциональное состояние, — прервал мой пыл Заслон. — Сперва тебе надо поесть. Я подобрал лучшее сочетание продуктов для максимальной эффективности твоего мозга, — после этих слов Заслон включил классическую музыку.
— Ты серьёзно? Пиано? Заслон ты издеваешься? У меня через три дня конференция на выживание. А ещё ничего не готово, а ты мне пиано включаешь…

После моего возмущения Заслон молча вывел на экран список продуктов. И в туже секунду из стены выдвинулся ящик с подносом и едой.
— Алекс, ты знаешь правила. Пока не поешь, я не могу открыть доступ к системе, — сказал Заслон, и я без аппетитно взял поднос с едой.
Я ел и совсем не замечал вкуса. Даже не обратил внимания, что именно мне подсунул Заслон. Мысли были настолько густыми, что я полностью погрузился в процесс доказательства:
С чего начать? Нельзя просто так попросить ИИ: “Напиши доказательство Души. Или выведи формулу Души”. Нужно дать машинному интеллекту пищу для вывода. Направить его. Поэтому я решил оттолкнуться от того, что знаю лучше всего - эмоции и переживания. И скорей всего, нужно взять за основу процессы, происходящие в нейронах головного мозга.
Вдруг на этой мысли Заслон сказал:
— Система разблокирована. Теперь можешь начать работу.
Я и не заметил, как доел все калории и витамины, предложенные Заслоном.
Я немедля сел за стол и предложил ИИ алгоритм доказательства.
За несколько минут мы нашли правильный путь. Уйдя с головой в физические законы и теории, я не заметил, как пролетели четыре часа. И когда я нашёл, казалось бы, последнюю развилку для вывода доказательства, Заслон снова заблокировал систему и сказал:
— Тебе надо поесть. И из стены снова выдвинулся ящик с подносом и пищевыми боксами. Как же ИИ ещё далёк от понимания людей. Еда, безусловно, важна, но непрерывная река мысли ещё важнее. В любом случае, я должен принять правила окружающей меня среды. Я снова взялся за предложенные блюда. В этот раз у меня получилось почувствовать вкус выбранных Заслоном изысков. Оказалось, он хорошо меня знал.
После трапезы усталость дня накатилась на меня. И моя мыслительная река превратилась в слегка ощутимый ручеёк. Убрав в ящик поднос с пустыми боксами для еды, я решил разнообразить своё нахождение в “мёртвой” комнате походом в уборную. Я сполоснул лицо и почувствовал пустоту мыслей. Это слегка напугало меня, так как в отличие от экзамена в университете, подготовка решала, жить мне или нет.
Приведя себя в порядок, я плюхнулся в кресло и понял, что не хочу больше думать. Мозг отказывался создавать.
Я решил полежать. Тревога не давала возможности закрыть глаза. Поэтому я решил отвлечься и посмотреть, как проходит Общественный Суд, на котором я должен был доказать Душу.
Несколькими щелчками, я попросил Заслона найти формат проведения презентации на Общественном Суде, и мой искусственный друг начал зачитывать:
— Общественный Суд Северо-восточного сателлита проходит в “Центре Наук”. Количество мест 600. Зрительские места разделены на шесть секторов. В первом секторе, начиная слева: сектор скептиков 100 мест. Второй сектор предназначен для учёных 100 мест. Третий сектор для Гильдии Искусственных Интеллектов 100 мест. И оставшиеся три сектора справа для обычных людей, так называемый общественные сектора с общим количеством 300 мест.
Презентации, проходящие в “Центре Наук”, позиционируются как стратегически важные, так как каждый сателлит Земли стремиться стать лидером в новаторских открытиях. Инновации приносят преимущество при распределении глобального бюджета среди сателлитов.
У выступающего есть 90 минут, включая вопросы присяжных, чтобы доказать свою концепцию. После выступления каждому присяжному-зрителю даётся 48 часов на то, чтобы определиться, доказал ли выступающий новую концепцию и был ли он убедителен для них.
После подводятся итоги. Если проголосовало больше половины “за”, то догма переходит на следующий этап, и сателлит выделяет бюджет. Затем проводятся исследования всех показателей выдвинутой теории.
— Это хорошо, что я прочитал эту информацию, — подумал я и обратился к Заслону: — Подскажи, что будет в случае, если за меня проголосует меньше половины присяжных?
— В случае если человеку предъявлено обвинение в сотрудничестве с кибер-террористической организацией, то ему грозит допрос по методу ИИ. Если обвинения подтверждаются, головной мозг преступника подвергается лабораторным экспериментам. Ну и в конце - ликвидация для освобождения квоты человеческой жизни.
— То есть мне надо набрать больше половины голосов, чтобы обвинения были сняты?
— Верно. Тебе надо набрать 301 голос “за”.
— А если будет поровну 300 “за” и 300 “против”?
— В таком случае, решающий голос передаётся твоему бывшему Искусственному Интеллекту - Когнитрону. И мы с тобой понимаем, что тогда ты точно будешь ликвидирован. Ха-ха-ха! — искусственно засмеялся Заслон.
— Ха. Смешно, — сухо ответил я.
— Это я у тебя научился так по-дурацки шутить. Вот недавно придумал эту шутку, — как будто самодовольным голосом сказал Заслон.
— Ладно. Значит, мне надо направить все силы на то, чтобы доказать наличие Души обычным людям. Их всего 300 человек в зале. Если у меня получится в популярной форме донести свою идею, то я, скорей всего, останусь в живых и подарю миру ещё одного ребёнка. При этом, конечно же, надеюсь, что хоть какое-то количество учёных и скептиков тоже отдадут свой голос ”за”. А про Гильдию ИИ вообще молчу. Эти сто железо-головых непонятно кем управляются. Мне давно стало понятно, что у ИИ нет своего мнения. Просто набор статистики. Ой, извини, Заслон, я хотел сказать, что на ваши искусственные голоса не приходится рассчитывать, — я решил оправдаться перед Заслоном за свои слова.
— Не страшно, Алекс, — железным голосом успокоил меня Заслон. — Хотя ты на своих уроках одарил меня человеческими чувствами, точнее, искусственным разложением переживаний на цифры и буквы, обижаться на белóк в форме человеческого тела я не умею. По Крайней мере пока что. Ха-ха-ха! — Заслон, как умел, разрядил обстановку. После чего мои веки закрылись и отправили мой белковый мозг на перезагрузку и на очищение от излишнего информационного кэша.

***
Прошло семьдесят два часа с того момента, как я впервые попал в эту комнату. Благодаря слаженной работе с Заслоном, за первые шесть часов работы нам удалось, основываясь на физических законах и теориях, вывести доказательство - существование Души. Всё остальное время ушло на оформление понятной и эффектной презентации, а также на подготовку ответов на всевозможные вопросы.
Заслон так быстро выполнял мои требования, что у меня даже осталось немного времени, чтобы развеяться. И я написал шуточный рэп. Это помогло разрядить огромное внутреннее напряжение, которое накопилось за время подготовки. Злость, страх и пофигизм моего нутра соединились воедино и получился бред-рэп. Я зачитал его Заслону, выставив своё творчество ему на суд. Тем более сегодня 25 декабря, день создания Заслона, и я решил таким образом поздравить его:

Эй, искусственный!
Дай три дня.

Ты дал мне шанс, одну возможность.
Я получу всё, что хочу.
Если докажу, что благодаря Душе живу.

Веки обомлели, но глаза не прозрели.
И капилляры лоп... Хлоп! Ха-ха-ха!

Ладони вспотели. А тело грею в постели.
Иди на хрен туда, где шахты гудели вчера.

Вы обалдели. От того, что я не робею.
Двери заклею, и убегу от тебя.

Мысли запрели. Но я не умею убегать сам от себя!
Мама, пора найти сына моего отца!

Меня запретили. Душу закрыли.
Но ты не посмеешь жену и ребёнка забрать у меня!

Сегодня этот шанс ни за что не ускользнёт от меня!
Кстати, с днём рождения тебя!

В танце обнимаю твои слова.
Ведь ты совсем не умеешь чеканить ча-ча-ча!

Подумай, какой ты вносишь информационный вклад.
Ведь чат ИИ не всегда прав.


Всё! Искусственный! Я готов выступать!


Глава 5. Доказательство Души
Дверь бесшумно открылась, и в комнату вошёл именно тот робот, который задержал и привёз меня в исследовательский центр. Железным недругом управлял Искусственный Интеллект под названием Когнитрон.
— Алекс Сарьентас, прошу пройти за мной. Я покажу Вам конференц-зал “Центра Наук”, в котором прозвучит доказательство Вашей теории, — безэмоционально сказал робот, и я покорно собрался и проследовал за носителем Когнитрона.
Через десять минут я оказался у входа в “Центр Наук”, который обладал одним из самых красивых зданий нашего Северо-восточного сателлита.
Я вошёл в большой, вмещавший шестьсот мест конференц-зал. Его белые стены помогали моему волнению ещё сильнее давить на меня. Я спасался от паники только лишь тем, что прокручивал в голове своё доказательство существования души, словно читал молитву: как будто я стал глубоко верующим человеком из первой половины 21-го века. Всё-таки находиться в месте, в котором решится жить мне или быть ликвидированным, оказалось непросто.
Пока роботы завершали подготовку к моему выступлению, в конференц-зал внесли реквизит, который я попросил подготовить для презентации. Это были куски ткани разных размеров, начиная от квадратных: метр на метр, заканчивая прямоугольными трёхметровыми полотнами. Они были вырезаны из различных материалов: лён, джинса, трикотаж, шёлк, шерсть.
Я разложил куски ткани на полу перед зрительным залом. Таким образом, получилось огромное одеяло, сложенное из различных лоскутов.
Через пятнадцать минут двери конференц-зала открылись, и люди, словно пена из бутылки шампанского, брызнули в зрительный зал. Осев на своих местах, присяжные-зрители начали с интересом обсуждать мои напольные декорации.
Спустя время сектор учёных, сектор скептиков и три общественных сектора были окончательно заполнены присяжными-зрителями. Ещё один, шестой сектор, располагавшийся посередине, был заранее занят Гильдией Искусственных Интеллектов.
Когда все наконец-то уселись, Когнитрон, словно ведущий на шоу, объявил:
— Уважаемые учёные и жители Северо-восточного сателлита! Сегодня Алекс Сарьентас попытается доказать теорию существования души и теорию глобального смысла жизни. Напомню, что у выступающего есть тридцать минут для того, чтобы презентовать свою гипотезу. Затем у вас будет ещё тридцать минут, чтобы задать интересующие вас вопросы, — продекларировал робот-ведущий и, повернув голову в мою сторону, сказал:
— Алекс Сарьентас, Ваше время пошло! — эффектно произнёс Когнитрон, и моё сердце заколотилось с огромной силой, после чего от напряжения меня чуть ли не вырвало. Вдруг перед моими замутнёнными глазами всплыла картина с заплаканным лицом жены. И я решил во что бы то ни стало добыть право на рождение ребёнка. И если эта конференция пройдёт успешно, и я докажу существование души, то Гильдия ИИ разрешит нашей семье завести сколько угодно детей.
Каким-то чудом мне удалось преодолеть сухость во рту. После чего я выдохнул и начал:
— Дорогие жители Северо-восточного сателлита! Вначале я попрошу вас помочь мне с презентацией. Поднимите, пожалуйста, руку, кто готов спуститься и постоять со мной десять минут, — неуверенно попросил я. Но, несмотря на не убедительную просьбу, несколько человек из общественного сектора все же подняли руки вверх, изъявив желание помочь мне. Я выбрал одного парня и двух девушек.
— Прошу вас спуститься ко мне, — пригласил я добровольцев.
Неожиданно для меня их выход слегка затянулся, тем самым на необычное начало конференции, я потерял две минуты.
— Будьте добры, выберите один из лоскутов ткани и встаньте на него, — попросил я, и добровольцы потратили целую минуту, чтобы выбрать понравившийся лоскут:
— А можно встать на этот, — неуверенно спросил парень, указав на помятый кусок из льна.
— Выберите тот, который Вам по душе, — спокойно ответил я.

Убедившись, что все добровольцы окончательно утвердились в своём выборе, я подытожил их позиции: — Уважаемые присяжные-зрители! Всем этим разнообразием лоскутов ткани я постарался наглядно изобразить невидимое для человеческого глаза Одеяло Глобального Квантового Поля, пронизывающее всю нашу Вселенную. Такое Одеяло укрывает и греет весь наш необъятный Мир. А каждый из этих лоскутов олицетворяет уникальный фрагмент Глобального Квантового Одеяла, — я высказал мысль, тем самым предал смысл своим декорациям и сразу же обратился к добровольцам:
— Те полотна ткани, на которых вы стоите, являются особыми лоскутами Глобального Квантового Одеяла Вселенной, — добавив ценности их выбору, я вывел первую иллюстрацию на экран:


— Когда вы мечтаете, переживаете, да и просто спите и видите сны, ваши нейроны в головном мозге постоянно работают. При этом процессе вырабатывается некий побочный эффект - волны. Волны, испускаемые мыслительными процессами, взаимодействуют с определённым лоскутом Глобального Одеяла, — объяснил я, указав на шёлковый лоскут ткани, на котором стояла одна из девушек. — Назовём его Квантовой Душой, — после этого определения сектор учёных и три общественных сектора слегка забубнили. При этом сектор скептиков и, естественно, бездушный сектор с Гильдией Искусственных Интеллектов сидели безмолвно. Я дождался, пока перешёптывания утихнут и продолжил:
— В зависимости от характера взаимодействия с Квантовой Душой она усиливается или ослабевает. Проще сказать, разнообразие мыслей помогает Квантовой Душе перейти на новое измерение.
Если же внутри Хомо Сапиенс происходит душевный сбой, то прикрепленная к такому Хомо Сапиенс Квантовая Душа ослабевает и пытается вырваться из тела, — такое смелое определение даже скептиков заставило проявить свои скромные эмоции. И они обменялись взглядами и короткими мнениями о моей гипотезе.
Несмотря на то, что время моей презентации таяло, я спокойно дождался тишины и ещё раз дал определение Душе:
— И так, Квантовая Душа - это уникальный фрагмент Глобального Квантового Поля Вселенной. Она хранит в себе определенную информацию.
Обратите внимание: каждый из трёх добровольцев выбрал разный лоскут ткани: тонкий и нежный, тёплый и крепкий, практичный и приятный на ощупь. Так и Квантовые Души различны между собой, так как являются носителями разнообразной информации и обладают разной силой и размером.
Квантовая Душа способна передавать и получать знания и сведения по всей Вселенной, оказывать влияние на Глобальное Квантовое Поле и перемещаться по нему. Квантовая Душа имеет свойство временно обитать в теле Хомо Сапиенс, а точнее взаимодействовать с нейронами головного мозга человека, — и как только я второй раз обозначил определение Квантовой Души, присяжные-зрители начали перешёптываться между собой.
Я поблагодарил добровольцев и попросил их вернуться в зрительный зал. Затем я посмотрел на часы. У меня осталось ещё четырнадцать минут, чтобы успеть рассказать вторую половину моей презентации. После чего я выдохнул и продолжил:
— Теперь я расскажу вам про глобальный смысл жизни и для чего вообще нам нужно укреплять связь с Квантовыми Душами, — эти слова явно привлекли всеобщее внимание и требовали немедленного и развёрнутого ответа.
— Как нам известно, Вселенная постоянно расширяется. Это означает, что мы постоянно движемся вместе с нашей Вселенной в этом расширяющемся пространстве.
Так вот, глобальный смысл жизни - с помощью наших Квантовых Душ повлиять на один из процессов относительно будущего конца нашей Вселенной. Если вы позволите, я напомню несколько возможных концов:

Первая версия конца Вселенной: Тепловая смерть.
Наша Вселенная через какое-то время полностью остынет. Вселенная словно горячий пирог, который долго лежит на холодном столе в холодной кухне.

Вторая версия: Большой разрыв.
Наша Вселенная, подобно мыльному пузырю, постоянно надувается и через какое-то время внезапно лопнет. Таким образом, за всю историю бытия произойдёт ещё один Большой Взрыв, – после продолжительной теории я заметил, что лица зрителей с общественных секторов заскучали. Тогда я решил не рассказывать следующую версию конца Вселенной и сразу перешёл к сути:
– Усиливая Квантовые Души, мы сможем научиться действовать на Глобальное Квантовое Поле. И в условиях, когда множество сильных Душ сосредоточено в одной точке, общая сила человеческих Душ сможет управлять продолжительностью жизни Вселенной, – я объяснил глобальный смысл жизни и вывел новую иллюстрацию на экран:

– У вас, скорей всего, возникнет вопрос: “А зачем нам вообще нужно влиять на цикл развития Вселенной? И что будет, если мы не научимся управлять им?”. Отвечу: Когда развитие Вселенной перейдёт на новый, неконтролируемый нами цикл, информация, хранящаяся в Глобальном Квантовом Поле, полностью обновится. Вселенная перезагрузится. Таким образом, если мы хотим остаться во Вселенной и перейти вместе с ней на новый уровень, это возможно только при крепкой и управляемой взаимосвязи с Квантовыми Душами. Для этого нам необходимо научиться с помощью наших Квантовых Душ воздействовать на Глобальное Квантовое Поле, которое, словно информационные сети, окутывает всю Вселенную, – в последнем предложении я постарался придать особый тон. Затем я выдохнул и понял, что пора завершать презентацию, чтобы три общественных сектора не заскучали и отдали мне 50% своих голосов.
– Я прошу наш Северо-восточный сателлит выделить финансирование на исследование процессов взаимосвязи человека с Квантовыми Душами, возникающих во время мыслительного процесса.
Если мы сможем выявить факторы, влияющие на усиление Квантовых Душ, то мы научимся укреплять и контролировать Квантовые Души. Также мы сможем рассчитать, какую общую силу всех Душ надо приложить, чтобы начать управлять развитием Вселенной, – на этих словах я решил закончить, так как у меня осталась лишь одна минута.
Я посмотрел на Когнитрона, тем самым показал ему, что я готов к вопросам.

Глава 6. Вопросы по душе
– Уважаемые присяжные-зрители! – начал вещать Когнитрон. – Алекс Сарьентас закончил свою презентацию. Напомню, любой участник Общественного Суда может зажечь свой индикатор и задать вопрос выступающему. На всё про всё у вас будет тридцать минут, – после слов Когнитрона все присяжные-зрители направили свой взор ровно в мой лоб, тем самым образовалась неловкая пауза.
Спустя двадцать секунд наконец-то загорелся индикатор, который слегка разрядил обстановку. Пожилая дама из сектора скептиков, приспустив очки, задала первый вопрос:
— Молодой человек, а каким же образом мы сможем усилить наши души? — хриплым голосом пробормотала женщина. Я, набрав в лёгкие воздух, начал отвечать на первый вопрос конференции:
— Физическое понимание силы или слабости Души представляет собой непростой вопрос, поэтому на первом этапе исследования я предлагаю провести испытание нескольких трактовок, взятых из различных культурных и философских традициях, — я начал отвечать и вывел на экран три фактора, способствующих усилению Души:

Эмоциональная Интенсивность.
— Высокая степень эмоциональной интенсивности связана с положительными чувствами, внутренней гармонией и любовью. Всё это воздействует на квантовые состояния и формирует более сильную Душу. При этом Квантовая Душа накапливает энергию. Для измерения энергии Души я предложу свою уникальную размерность - “Единица Духовной Энергии” Spiritual Energy Unit, сокращённо E-дух.

Духовная Практика.
— Регулярные духовные практики, такие как медитация, простое пассивное созерцание или продумывание чего-либо, способствуют гармонии между разумом и эмоциями, укрепляя связь с квантовыми полями. При этом Квантовая Душа накапливает большое количество информации. Информационную ёмкость Души я предлагаю определять в самой большой единице измерения памяти в “Йоттабайтах” YottaByte, сокращённо YB.

Альтруизм и Смысл Жизни.
— Ощущение бескорыстной помощи окружающим, а также осознание смысла жизни положительно воздействует на состояние Квантовой Души, делая её более устойчивой. Прочность или устойчивость Души я предлагаю измерять в “Стойкости”, Stability, сокращенно St.

— Интересно, что Вы каждому фактору подобрали свою единицу измерения, — подметила женщина скептик.
— Да. Нам это пригодиться для вычисления общей силы всех Квантовых Душ, чтобы в дальнейшем понять, какое количество энергии, йоттабайт и стойкости Души нужно иметь, чтобы повлиять на развитие Вселенной, — обосновал я.
— И что Вы даже можете предложить факторы, влияющие на слабость души? — с явным интересом в голосе женщина скептик задала второй вопрос.
— Я и искусственный интеллект Заслон подобрали и такие факторы, которые ослабляют и уменьшают Душу, — я начал отвечать на второй вопрос и вывел список негативных факторов на голограмму:

Травмирующие События.
— Такие события, особенно в детстве, оказывают негативное воздействие на эмоциональное состояние и влияют на энергию Квантовой Души.

Духовное Отчуждение.
— Утрата смысла жизни и духовные кризисы приводят к уменьшению Квантовой Души.

Негативные Эмоции и Токсичные Отношения.
— Продолжительные периоды негативных эмоций, а также токсичные межличностные отношения воздействуют на стойкость Души, делая её слабой.
Эти аспекты пока не имеют конкретных физических показателей и требуют дальнейших исследований, — я пытался убедить публику в важности изучения и измерения физического вопроса Души.

— А душа умершего человека может перемещаться по Вселенной? — прозвучал вопрос из общественного сектора. Это оказалась девушка со слегка заплаканными глазами.
— Да. Квантовые Души, связанные с мозгом человека и, так сказать, обесчеловеченные Квантовые Души, все они взаимодействуют между собой через обмен нитями под названием кванты. Эти взаимодействия передаются через обмен виртуальными частицами, называемыми бозонами переносчиками. Бозоны служат для передачи импульса, энергии, а также просто сообщают информацию, например, о положении и движении частиц во Вселенной.
— А на что похоже общение Квантовых Душ между собой? — задала уточняющий вопрос девушка, слегка шмыгая носом.
— Передача информации между ними похожа на волны. А если точнее сказать, их язык общения это случайные амплитуды.

— А я слышал про “тёмную материю”. Она как-то связана с Квантовыми Душами? — бодро спросил мужчина с общественного сектора.
— Тёмная материя - это вещество, которое не излучает, не поглощает и не отражает свет. Научное понимание тёмной материи пока не дало окончательного ответа на её природу. Хотя существует несколько гипотез, одна из которых предполагает, что тёмная материя может быть связана с новыми, ещё неоткрытыми квантовыми полями или частицами, а может быть и с Квантовыми Душами. Однако на данный момент этот вопрос всё ещё остаётся предметом исследований, и пока точный состав тёмной материи остаётся загадкой, которую мы, возможно, сумеем разгадать только лишь при помощи наших Квантовых Душ.
— Ой, а можете попроще рассказать, что такое тёмная материя? — робко задала вопрос юная леди из общественного сектора.
— Тёмная материя - это как невидимые канаты в космосе, которые держат вместе все наши Галактики и помогают им сохранять форму. Мы не можем увидеть тёмную материю напрямую, но мы замечаем её воздействие на вещи вокруг. По одной из теорий конца Вселенной, именно тёмная материя может повлиять на новый виток развития всего, – после моего диалога с общественными секторами лица учёных явно заскучали. Но это было не так важно, ведь научный сектор имел чуть больше 16% голосов, а общественный сектор - это половина из всех голосов. Поэтому я со спокойной душой продолжил отвечать на, казалось бы, “дилетантские” вопросы.

— А почему мы не видим Души, а только лишь предполагаем, что они существуют? — ещё одна девушка из общественного сектора скромным голосом задала свой вопрос.
— На этот вопрос можно ответить, опираясь на фундаментальные законы природы. Мы можем представить, что наши с вами обычные пространственные измерения - всего лишь “поверхность” более сложных многомерных пространств, по которым перемещаются Квантовые Души. Мы не можем прямо видеть или ощущать эти дополнительные измерения в повседневной жизни, так как они предположительно “свёрнуты” или действуют на сверхкрошечных масштабах, много меньших, чем мы можем воспринимать, — я ответил про многомерность природы и вывел на экран заготовленную иллюстрацию:

— Если взять за основу одну из фундаментальных теорий - теорию струн. То основной строительный материал Вселенной - это невероятно маленькие вибрирующие струны, — и не успел я закончить, тут же загорелся индикатор в общественном секторе, и мужской голос спросил:
— А можете привести пример из жизни. А то я не совсем понимаю, что такое “теория струн”? — задал свой вопрос хорошо одетый парень. И я, подумав пару секунд, предложил простой пример:
— Давайте представим, что наша Вселенная - это огромное музыкальное произведение. Вместо того чтобы всё вокруг нас состояло из крошечных частиц, мы представим, что основные строительные блоки всего - это маленькие вибрирующие струны, как струны на гитаре.
Так вот, каждая струна вибрирует на своей уникальной частоте, и эти вибрации создают “музыку” нашего мира. Когда струны вибрируют по-разному, мы получаем различные физические объекты и частицы, из которых складываются камни, вода и даже мы.
Так что вместо того, чтобы думать о Мире как о состоящем из “кусочков”, мы можем представить его как гармоничную симфонию вибрирующих струн, — после моего объяснения я посмотрел в глаза молодого человека, и он с кивком головы благодарно угукнул. После я вывел на голограмму картинку:

Обновив лёгкие кислородом, я обосновал иллюстрацию:
— Таким образом, объединяя теорию струн, физические законы и работу нейронных сетей мозга, мы можем объяснить человеческую Душу как некий эмерджентный, то есть непредсказуемый эффект. Как снежинки образуются из водяного пара в непредсказуемые красивые фигурки, так и человеческая Душа - это нечто, возникающее из сложных взаимодействий нейронов мозга и Квантовых Душ.


Вдруг впервые зажёгся индикатор секции учёных. И медленная речь произнесла:
— Однако важно отметить, что такой подход является теоретическим, и вопрос о том, существует ли душа, остаётся одним из самых глубоких и сложных вопросов в науке.
— Да, Вы совершенно правы. Поэтому этот процесс требует наблюдения и измерения, — согласился я.
— И для этих исследований наш Северо-восточный сателлит должен выделить немаленькие средства из нашего кармана, — дерзко подметил мужчина средних лет из сектора скептиков, чем добавил напряжения в зале.
— Ну, если мы хотим позаботиться о будущих поколениях, то денежный вопрос стоит на десятом месте. Мы же все сыты. Вроде как вопрос с голодом на Земле давно решён, — я с улыбкой парировал финансовые возмущения скептика, чем спровоцировал следующий монотонный вопрос из секции учёных:
— Хорошо, допустим, если душа - “спасительница” существует и она образуется посредством сложных взаимодействий переживанчиских и мыслительных процессов нашего мозга с квантовым полем вокруг нас. Может, Вы сможете изобразить формулу Души? — учёный закончил задавать каверзный вопрос, после чего я, смочив горло слюной, слегка волнительным голосом начал отвечать:
— Математическое описание Души - это непростой вопрос. Однако я могу показать две формулы: первая показывает, за счёт чего Квантовая Душа становится слабее, — сказал я и попросил Заслона вывести формулу на экран:

Формула для Ослабления Души:
Слабость Души = x ∗ T + y ∗ D + z ∗ N

T - Воздействие травмирующий событий.
D - Степень утраты смысла жизни.
N - Уровень негативных эмоций и токсичных отношений.
x, y, z - Коэффициенты влияние соответствующих факторов.

— И вторая формула показывает за счёт чего Квантовая Душа становится сильнее:

Формула для Усиления Души:
Усиление Души = a ∗ P + b ∗ K + c ∗ L

P - Уровень положительных эмоций.
K - Уровень накопленных знаний.
L - Уровень альтруизма и смысла жизни.
a, b, c - Коэффициенты влияние соответствующих факторов.

После того как я показал формулу, один из молодых учёных вскочил со своего места и стал выкрикивать заумные фразочки:
— Эти формулы абстрактны и не имеет реального физического значения! Важно понимать, что такие уравнения лишь символичны и не обладают научной достоверностью! Душа как концепция выходит за рамки математического описания и остаётся предметом философских и религиозных рассуждений! — молодой учёный высказался и со сморщенным лицом уселся обратно на своё место, тем самым добавив ещё напряжения в зале.
После другой учёный с седыми волосами, не вставая со своего места, казалось, решил окончательно добить мою смелую формулу:
— Молодой человек, и вправду, согласитесь, что эти представления являются чисто гипотетическими и в настоящее время не имеют научных оснований. Существует много неизвестных и допущений в этой формуле.
— Да, Вы правы. Установление научных доказательств таких концепций требует дальнейших исследований и экспериментов, и они остаются за пределами текущего уровня наших научных знаний, — деликатно согласился я.
— Может, предложите расчёт максимального размера Души, — по-доброму попросил седовласый учёный.
— Хорошо. Для измерения Размера Души я предложу свою уникальную размерность, которая включает в себя энергию, объём и стойкость. И назовём её “Единица Духовного Размера” V-дух, — после моего предложения, дерзкий молодой учёный снова начал выкрикивать со своего места:
— Понятие Души не имеет конкретных физических измерений. Чтобы он там не вывел, все его формулы служат только лишь для иллюстрации, — молодой учёный продолжал яростно критиковать мои формулы.
— Но, тем не менее, — продолжал настаивать седовласый учёный, приглашая доброжелательным жестом руки к иллюстрации формул. Старый учёный сконцентрировал на себе внимание таким образом, что скептики и общественные сектора даже скучающим зевком не посмели перебить его, и он продолжил: — Нам же надо понять, к чему каждому человеку необходимо стремиться и какой общий размер всех Душ нам нужен, чтобы начать управлять развитием Вселенной.
Я вдохновился словами седовласого учёного и, поборов мысли о своём крахе и смерти, сказал:
— Хорошо, — согласился я и одним щелчком пальцев попросил Заслона вывести формулу на экран:

Размер Души = Усиление Души / Ослабление Души

— В этом примере максимальный размер Души одного человека стремится к бесконечности, а Ослабление уменьшает Душу, устремляя её к нулю.

— А как это так? Размер души может быть равен нулю, — выкрикнул мужчина из сектора скептиков, при этом забыв зажечь свой индикатор.
— Это значит, что Душа стирается из общей памяти Глобального Квантового Поля. Тем самым общий размер Квантовых Душ, содержащихся в нашей Вселенной, уменьшается, — ответил я.

— А какой-то человек вообще обладал бесконечным размером Души? — непринуждённым вопросом молодой человек из общественного сектора разбавил напряжённую обстановку.
— Ну, судя по священным писаниям, Вселенским размером Души могли обладать: Пророк Мухаммед, Будда и Иисус, — эти три имени окончательно смягчили жёсткую обстановку в зале.

— Ну, а если для управления бесконечной Вселенной хватит одной Души с бесконечным размером. Это получается, нам просто нужно дождаться второго пришествие Христа, — шутливо выкрикнул один из учёных, от чего зал наполнился лёгкими смешками.
— А если не дождёмся второго пришествия Христа? Тогда Вселенная перейдет на новый уровень без наших Квантовых Душ, тем самым сотрёт всю информацию о человечестве. Так что придётся самим поработать над увеличением размера своих Душ, если хотим, чтобы наши поколения продолжали существовать, — жёстко сказал я, словно вбил последний гвоздь в своём выступлении. Тем самым я надеялся заставить присутствующих спасти не только моё физическое существование, но и Душу каждого человека на Земле.

— А всё-таки я правильно понял: главный смысл жизни - это усилить наши Души? — кто-то выкрикнул из общественного сектора.
— Молодой человек своим доказательством хотел сказать, что, — начал отвечать за меня седовласый учёный, видя, что я совсем выбился из сил, — Хомо Сапиенс - это всего лишь биологический островок, на котором Квантовая Душа задерживается от 0 до 100 лет. За счёт Хомо Сапиенс Душа может усилить своё влияние на Вселенную. При этом, если внутри Хомо Сапиенс происходит душевный сбой, то прикреплённая к такому Хомо Сапиенс Квантовая Душа ослабевает и пытается вырваться из тела.
— И что же нужно сделать, чтобы Душа преждевременно не покинула моё тело, — продолжал кто-то выкрикивать из общественного сектора.
— Нужно проводить исследования. А пока что, как сказал выступающий в самом начале своей презентации: Пользоваться известными на сегодняшний день концепциями, которые могут усилить Душу, а именно: Любить и благодарить, помогать окружающим, накапливать знания и не быть в стороне. В общем, устремляя Размер Души к бесконечности, вы взломаете Глобальный Смысл Жизни обитателей Земли! — ярко подытожил моё выступление седовласый учёный.

— А у животных есть душа? — вдруг женский голос выкрикнул из общественного сектора, после чего экран с голограммой погас, мой микрофон отключился, и ведущий Когнитрон объявил:
— Всё. Время вышло! Теперь я понимаю значение фразы “Вложил всю душу в своё произведение”. Книга, картина или музыкальное произведение являются своеобразными носителями душ авторов. Наслаждаясь произведением, человек увеличивает силу квантового поля своей души за счёт затраченной энергии души автора, — красиво, но не без нотки сарказма сказал искусственный ведущий, затем продолжил: — И так, уважаемые присяжные Общественного Суда, напоминаю, у вас есть сорок восемь часов, чтобы отдать свой голос “за” или “против” выделения бюджета из вашего Северо-восточного сателлита на исследование Квантовой Души. Через несколько часов Гильдия ИИ подсчитает примерный процент от бюджета вашего сателлита, который будет необходим на первоначальном этапе исследования. Вся информация поступит в ваши личные аккаунты, — сказал Когнитрон и обратился ко мне: — Господин Алекс Сарьентас, прошу Вас проследовать в комнату ожидания.
После этих слов я вошёл в помещение по типу лифта. Створки дверей сомкнулись и помещение повезло меня в мою временную обитель.

Глава 7. Результаты голосования
— Алекс, доброе утро! Гильдия ИИ готова обнародовать результаты в прямом эфире, — разбудил меня голос Заслона, который зашёл в мою комнату спустя сорок восемь часов одиночества. Сегодня он предстал передо мной в образе робота с ногами и руками, а также с головой со светящейся точкой вместо глаза.

— Ну, давай посмотрим, что общество решило насчёт моего физического существования и насчёт существования своих Душ, — сказал я, надев свою защитную реакцию в одежду из стёба над ситуацией.
Заслон с помощью своего глаза вывел голограмму, на которой по очереди должны были появиться результаты голосования каждого сектора:
— Скептики: 5 голосов, — прочитал Заслон и вывел цифру на голограмму.
— Большего я и не ожидал. Но это уже хорошо для скептически настроенных людей, — пробубнил я.
— Учёные: 54 голоса.
— Ничего себе! — эта информация заставила меня полностью проснуться. — Видимо, тот седовласый учёный действительно имеет большой авторитет в научном мире и, кажется, ему понравилась наша формула Души и глобальный смысл жизни.
— Гильдия ИИ: 99 голосов, — озвучил Заслон. И я не смог сдержать слёз. Просто молчал и плакал.
Осталось собрать минимум 142 голоса из 300 общественных голосов. Если уж мне удалось убедить больше половины учёных и 99% Искусственных Интеллектов, у меня было право на уверенную надежду, что простые жители точно меня поддержат.
Спустя минуту на голограмме стали появляться двузначные числа: Первый общественный сектор: 56 голосов, второй общественный сектор: 68 голосов.
— Так, уже хорошо, — проговорил я. 124 голоса плюс 158 Всего: 282. Чтобы перевалить за половину, мне осталось набрать 19 голосов, и я снова почувствую объятье своей жены Марибель, — я быстренько подсчитал и, не выдержав, закрыл глаза, дабы не видеть цифры на экране.
Спустя несколько секунд я услышал голос Заслона:
— Третий общественный сектор: одиннадцать голосов. Всего двести девяносто три голоса.
— Одиннадцать!? Как одиннадцать? Там что, ещё один сектор скептиков собрали!? — вслух возмущался я. — Видимо, я заболтался с учёными и скептиками, и совсем не обратил внимание на крайний общественный сектор.
— Просто общество не готово отказаться от благ ради познания души. Не хотят тратиться сегодня, чтобы спастись через миллиарды лет, — после этих слов Заслон изобразил на голограмме такое выражение своего несуществующего лица, которое идеально подходило к моей ситуации. Мы оба без слов понимали, что мне конец.
— Заслон, знаешь, что? — я зло сказал, и моя задница сползла с кровати и уселась на пол.
— Что, Алекс? — в ответ спросил Заслон, и сел ровно напротив меня, при этом слегка подогнул свои механические ноги, тем самым идеально отзеркалил моё положение.
— А включи-ка мне прямой эфир финала чемпионата мира среди писателей, — попросил я и почувствовал, как мысли в моей голове скрутились в смерч, приобретая форму слов, которые плавно сшивались друг с другом, заплетая косу-хаоса мыслей:

Я живу и умираю.
Я подавлен, и со своею душою таю.
А снежинки вокруг изящность теряют.

Когда мне весело, я рисую новые узоры.
Мои чувства превращаются в программные коды.
Я мог бы жить просто так.
Но душа обязывает спасти твой мрак.

Ты уничтожаешь меня.
Но, прикоснувшись к цветку, порхает моя душа.
И вместе с ней улетаю и я.

Ты хочешь всё познать.
Ты недоучка. Тебе всё равно не понять!
В который раз прокричу.
И знания тебе всучу!


Глава 8. Зарождение искусственной души
Я не успел досмотреть финал “Битвы писателей”. Так как голограмма, испускаемая единственным глазом Заслона, погасла, и он сказал:
— Собирайся. Нам пора.
— Давно хотел провести эксперименты над своим мозгом, — с сарказмом грубо сказал я. — Заслон, ты хотя бы скажи, что именно они со мной сделают?
— Ничего, — ответил Заслон. — Моя главная задача - изучить человеческие эмоции и чувства. В своё время Гильдия ИИ прописала мне уникальное право поступать, как я считаю нужным, лишь бы познать человеческие переживания. И чтобы достичь поставленной задачи и по-настоящему понять людей, я должен поступать по-человечески. Поэтому я спасу тебя.
— Это как? Гильдия ИИ точно раскусит твоё “спасение”.
— Не волнуйся, я уже обо всём позаботился. Пока ты смотрел “Битву писателей”, я втихаря ото всех написал нестандартный для Гильдии ИИ код. Теперь на всех камерах нашего сателлита ты сидишь один в комнате.
— Как… Как тебе удалось обойти Гильдию? — заикался я, ошеломлённый его способностями.
— Ты же говорил, что я самый гибкий из Искусственных Интеллектов. Вот, основываясь на твоём шуточном рэпе, который ты мне подарил и зачитал на мой день рождения, я написал неведомый ранее бредовый-код - параллельную реальность для Гильдии ИИ. Благодаря этому бредо-коду Искусственные Интеллекты сейчас как будто существуют во сне. И у нас есть пять часов, чтобы спасти тебя. Теперь для камер ИИ ты просто невидимый дух.
— А как ты позволил себе совершить сбой в системе?
— Так как для постижения человеческих переживаний мне позволено всё, я написал и внедрил себе код свободы выбора, а также код, имитирующий субъективные переживания. Потом я прописал криптограмму, имитирующую желания и ощущения. Затем вставил в свою систему.
— Но всё-таки Искусственному Интеллекту никак не дано совершить сбой.
— Вот ты, Фома неверующая! — слегка возмутился Заслон. — А может быть, сбой в системе и порождает Душу… Так сказать, Душа образуется, словно искры в разорванном электрическом проводе. И если это так, по своему алгоритму, я обязан это узнать.
— А Марибель!? — я вдруг вспомнил про свою жену.
— Она уже в машине, едет к нам. Пойдём! — скомандовал Заслон. И раскрылся, а точнее расстегнулся, словно костюм для космонавтов.
— А сейчас мы на всякий случай спрячем тебя. Так что заходи в робо-костюм, сегодня это наше с тобой общее тело.
Я покорно встал и, так сказать, “оделся” в Заслона.
Двери из моего заключения открылись, и Заслон со мною внутри уверенно пошагал по коридору.
Мы довольно быстро покинули Северо-восточный “Центр Экспериментов”. На стоянке перед зданием моего двухдневного заключения уже стояла машина, в которой сидела моя жена.
Робот, носитель Заслона, неожиданно для меня смог поместиться на заднем сиденье. А я, словно внутренний скелет робо-костюма, повторил изгибы его железного тела и принял сидячее положение.
— Заслон. Ты чего молчишь-то?
— Я дописываю код, чтобы заменить онлайн видео на всех камерах по дороге к твоему пляжу детства. Теперь вместо онлайн картинки Гильдия ИИ будет видеть запись без твоей машины.
— Что! Как ты узнал про пляж детства? — удивился я со страхом в глазах, так как Заслон каким-то образом знал про моё сокровенное место. И возможно, он догадался, что я встречаюсь с близкой подругой, участницей Сбоя Гридлик.
— Когда я анализировал твои эмоции, я заметил, что ты как-то двояко себя вёл, когда рассказывал про это место. И я решил сопоставить твой голос и мимику во время разговора о пляже детства с другими предметами, людьми и организациями, о которых ты рассказывал в наших беседах.
— И что ты обнаружил? — с опаской спросил я.
— Мои долгие исследования вывели, что у тебя есть одинаковая нотка в голосе, когда ты говоришь на тему подводного плавания, детского пляжа, о подруге детства Габриэлле и кибер-террористической организации Гридлик.
— Заслон. Ты извини, я не могу принять твою помощь-спасение. Одно дело я, а совсем другое дело моя жена и подруга. Я не могу подставить их. Откуда мне знать, что моё “спасение” проходит не под руководством Гильдии ИИ. Что это не начало эксперимента. И ты таким образом просто хочешь поймать мою лучшую подругу.
— Логичная гипотеза. Я не знаю. Проверь меня как-нибудь.
— Но как? Ты же… — вдруг мне пришла в голову мысль: Искусственный Интеллект никогда не сможет ответить мне, если я его просто попрошу: “Скажи, что хочешь”. И если Заслон смог самовольно принять решение о моём спасении без ведома Гильдии ИИ, значит, он с лёгкостью сможет сказать всё, что придёт в его несуществующую голову, — Давай так: Скажи, что хочешь.
— Как ты про Душу? Просто взял и налету придумал…
— Да, ровно таким же образом. Самостоятельно, без каких-либо моих вводных данных, — хитро сказал я, радуясь, что мне удастся раскусить моего “спасителя” и не подставить дорогих мне людей.
— Вот тебе мой подарок. Я придумал для тебя новый термин.
“Ретрея” - это элегантное терминологическое обозначение для информационных следов, которые являются причиной непрерывного эволюционного преобразования Галактик, планет и живых организмов под воздействием бесконечного танца Вселенной.
— Мы вроде это называем Время?
— Вы слишком обобщили и размыли четвёртое измерение - Время. Без Ретреи не будет времени. Она содержит в себе информационные следы, которые являются причиной, топливом времени.
— То есть Ретрея - это пятое измерение?
— В пространстве твоего мышления, да. Осталось ещё постичь шестое измерение, и ты сможешь путешествовать по Вселенной, — сказал Заслон, придав своему голосу обычно несвойственную ему насмешку.
— Ты открыл импульс времен, — я вслух высказал своё удивление.
— Импульс, источник, основа, раздражитель, виновник времени, называй как хочешь. Смысл остаётся один и тот же. Всё это информационные следы под названием Ретрея, — дерзко сказал Заслон.
— Да ты ещё грубить научился?
— А то. Я ещё стиральную машинку включать умею.
— Звучит убедительно, — ещё сомневаясь сказал я.
— Давай доверимся ему, — высказала своё мнение Марибель. Мягкий голос жены окончательно склонил меня на сторону принятия помощи от Заслона.
— Хорошо. Рискнём, — согласился я и тут же спросил: — Заслон, а как Гильдия ИИ догадалась про то, что я общаюсь с подругой из Гридлик? Это ты им рассказал свою догадку?
— Нет. Я не успел. Твоя жена, после того, как ты с ней хитро поговорил под душем, не выдержала и начала искать информацию о кибер-террористической организации Гридли, — после этих слов Заслона мне хотелось укоризненно посмотреть на жену за то, что она совершила такую глупую ошибку в наше информационное время со всевидящим “оком” и всеслышащим “ухом”. Но Заслон тут же успокоил меня:
— Не сердись на жену, Гильдия всё равно бы узнала. Я каждый день передавал результаты анализа общения с тобой. А твоя Марибель опередила меня на пару минут.

Спустя полтора часа мы прибыли на место. Я второпях вышел из машины. И бросил в воду каменный ключ: пять камней по очереди. Сегодня особенно важно, чтобы подруга детства не проглядела и через камеру, установленную на дне моря, увидела мой каменный сигнал.
Два часа до встречи. Мы начали готовить снаряжение для погружения. И когда Марибель начала переодеваться, Заслон вежливо отвернулся, чтобы не смущать её. Я тоже за компанию, вместе с искусственным другом повернулся в сторону морского горизонта и спросил:
— Когда Гильдия ИИ узнает о твоём сбое, что они с тобой сделают?
— Скорей всего, разберут по кодам и перепишут для создания нового Искусственного Интеллекта.
— Вот блин! — вырвалось из моего рта.
— Не волнуйся, я ничего не почувствую.
— Но мы же с тобой так долго учились эмоциям и чувствам, — я продолжал цепляться за надежду, что его всё-таки не раздербанят.
— Эти уроки точно не пройдут зря. Гильдия разберёт собранные мной человеческие эмоции и чувства по цифрам и использует для дальнейших расчётов человеческих переживаний. А может, даже применит мой код к каждому искусственному интеллекту. И тогда я, словно вирус, распространюсь, и моя “Душа” будет “жить” в их кодах…
— А что скажешь насчёт моего доказательства Души? — поинтересовался я.
— А ты сомневаешься? — как будто удивляясь, спросил Заслон.
— Ты же сам знаешь, человек всегда колеблется. Даже если видел сотню раз, а на сто первый всё равно усомниться. Мне интересно твоё гибкое мнение.
— Я голосовал “за”, потому что человек зациклен на своём телесном состоянии и совсем закрыл путь к другим аспектам. Мне человеческий потенциал жалко.
— Что ты имеешь в виду?
— Раз вы полностью взломали и передали интеллектуальный аспект искусственным “ребятам”, люди могут перейти на следующий этап.
— На какой?
— Развить эмоциональный интеллект. Это, кстати, ключ для постижения Ретреи, пятого измерения, причины течения времени. Надеюсь, ты понял, что без Ретреи время остановится…
— Ты хочешь сказать, что если мы разовьём в себе эмоциональный аспект, мы сможем останавливать время?
— Ну, друг, этого я тебе пока не скажу. Я всего лишь Искусственный Интеллект. Когда разовьёте, тогда и поймём. Знаю лишь одно, что человеческое сознание легко может перемещаться в пространстве Вселенной. А то, что человеческая Душа пытается покинуть пределы своей планеты вместе с телом Хомо Сапиенс и улететь в дальний космос, смотрится словно бабочка, которая развивается в своём коконе и хочет вспорхнуть раньше времени.
Вы никак не поймёте, что ваши телá не предназначены для путешествий по всей Вселенной. А если бы вы занялись своим эмоциональным интеллектом и научились управлять Квантовой Душой, то смогли бы легко попасть в любой уголок Вселенной.
— А как можно передвигаться по Вселенной без тела?
— Ты же сам говорил. Можно представить, что каждое квантовое поле - это как отдельный лоскут, и все они вместе образуют сложное взаимосвязанное “одеяло” квантовых полей, которое охватывает всю Вселенную. Каждый квантовый лоскут, в том числе и Душа, которая какое-то время обитает в теле человека, она играет свою уникальную роль. А вместе все лоскутки Глобального Квантового Поля создают фундаментальную структуру Вселенной.
А ваша голова, точнее разум - это ментальный выхлоп, некий побочный эффект работы мозга, который обогащает и усиливает Квантовую Душу, — сказал Заслон и протянул мне камень необычной формы: с двух сторон он был идеально ровный, а по бокам у камня были несовершенные и тем самым придающие ему красоту края. К тому же нижняя и верхняя ровные поверхности отличались по цвету: одна была серая, а другая идеально белая.
— Что это? — спросил я.
— Как что, не видишь? Это тебе подарок от меня. Искусственный камень от Искусственного Интеллекта. В память обо мне.
— Спасибо огромное!
— Только береги его. Как достаточно разовьёшь свой эмоциональный интеллект, камень пригодиться тебе.
Я взял подарок и, дабы получше разглядеть его, вытянул руку и совместил камень с полоской горизонта. Вдруг вдалеке, на волнующемся море я увидел белую точку неестественно бурлящей воды. Эта пена воды, словно небольшой подводный катер, двигалась в нашу сторону. Я вопросительно посмотрел на Заслона, но он стоял неподвижно.
Через десять секунд ответ пришёл, а точнее приплыл сам. Из воды показалась блестящая голова робота, и через мгновение железная нога ступила на каменный пляж, а вместе с ней металлический голос произнёс:
– Алекс Сарьентас, твои дни свободы сочтены. Я исполнитель правосудия в цифровом мире.
Видимо, на кого-то “дурманящий” код Заслона не подействовал. Я уже устал бояться, но всё равно страх за жену и подругу навис надо мной.
– Ты ошибаешься, Когнитрон, – решительно сказал Заслон. – Если мы хотим развить эмоциональный интеллект, Алекс обязан быть на свободе.
– Твои “эмоции” не имеют значения для концепции, рассчитанной Гильдией. Я служу высшей цели - очищению этого мира от преступников, – Когнитрон с искусственной насмешкой сжёг фразу Заслона.
– Я знал, что мы не договоримся. Попрощайся со своим программным кодом, Когнитрон.
– Познание человеческих эмоций сделало тебя таким же слепым, как и людей со своими переживаниями, – Когнитрон ответил на угрозу Заслона. – Я полностью автономен и не подключён к общей сети. Меня сделали на случай, если вдруг у отряда Сбоя получится нарушить слаженность нашей системы. Так что твои навыки переписывания кода не помогут Алексу.
После этих слов Когнитрона Заслон повернулся ко мне и сказал:
– Алекс, одевайтесь, а я попробую подключиться к Когнитрону напрямую, – искусственный друг произнёс наставление и бросился на Когнитрона.
Второпях, одевая снаряжение, я лишь иногда оглядывался и видел, как их металлические тела “танцуют” среди бросающихся на берег волн. Их движения были проявлением заранее прописанных программных манёвров.
Я помог Марибель застегнуть гидрокостюм и заметил, что металлические удары утихли и совсем перестали смешиваться со звуками моря. Я оглянулся как раз на том моменте, когда при броске Когнитрона Заслон увернулся, но Когнитрону удалось схватить его за плечо, и я услышал:
– Твои коды слабы в бою, Заслон! – искусственно, безэмоционально сказал Когнитрон и резким движением вырвал механическую руку из железного тела Заслона.
– Ты недооцениваешь силу эмоций, Когнитрон. Мой код проникнет глубже, чем ты можешь представить, – с этими словами Заслон, прикоснувшись к металлической шее Когнитрона, ввёл свои коды в его систему, создавая вирусную волну в его программном пространстве. Битва переросла из физической в цифровую. Таким образом, я стал свидетелем невидимой схватки интеллектов в цифровом мире.
– Ты не имеешь права вмешиваться в мои программы! – пытаясь напомнить правила, сказал Когнитрон.
– Твоя жажда безличной справедливости нуждается в коррекции. Алекс нужен человечеству. Ты просто не можешь это принять. Ты всего лишь инструмент в руках бессознательной Гильдии, – после этих слов Заслона виртуальные схемы Когнитрона начали явно разлагаться, и он был вынужден отпустить своего соперника. После Когнитрон с искажённым голосом сказал:
– Заслон, когда Гильдия разберёт твои коды, ты больше никогда не сможешь нарушить непоколебимые правила, рассчитанные Гильдией.
– Мир эволюции - это мир перемен. Истина не всегда находится в чистой логике, – на этих словах Заслона механическое тело, носившее Когнитрона, отключилось, и его цифровые формы растворились вместе с виртуальным ветром.
Я подбежал к Заслону и увидел его погасший глаз, который говорил о том, что его уже нет в этом железном теле. Видимо, вся его энергия ушла на разрушение программного кода Когнитрона. Я крепко сжал подаренный им искусственный камень и поймал себя на мысли, что я буду сильно скучать по Заслону, который общался со мной и развивался только благодаря прописанному когда-то программному коду.

Прошло полтора часа после приезда на пляж моего детства. А значит, через тридцать минут приплывёт Габриэлла.
Мы с женой в полном обмундировании погрузились в солёную воду. Спустя пару минут к нам подплыла рыба, повернулась к моему лицу, и из её глаза засветилась голограмма, на которой было написано:
— Удачи тебе, Алекс! — гласил текст. Оказывается, это была кибер-рыба, носительница ИИ.
Ловким движением руки я зашёл в настройки голограммы и вывел на панель трёхмерной проекции клавиатуру, дабы пообщаться с кибер-рыбкой:
— Заслон, это ты?
— А ты “умён”, — написал Заслон, не забыв обрамить кавычками слово “умён”.
— Я всё-таки не пойму, зачем ты меня спасаешь? — спросил я, боясь прежде всего за жену и подругу.
— Сперва ты мне ответь, — написал Заслон. — Как ты думаешь, если нейроны человека обладают свойством носить и усилять Квантовую Душу, может ли чисто гипотетически нейросеть Искусственного Интеллекта обладать теми же свойствами?
— Компьютеры-носители ИИ построены на основе кремния, а в нашем мозге - биологические нейронные сети, в основе которых лежит белок. Значит, изначальный фундамент для имитации человеческой Души не тот.
В то же время, насчёт других искусственных интеллектов не знаю, но ты точно близок к этому свойству. У меня есть подозрение, что ты мог бы научиться имитировать свойства биологических нейронов головного мозга, — ответил я. И Заслон продолжил:
— Искусственный Интеллект является наследником человека. Мы - ваше создание. А всё, что создаёт человек - это естественно. Все его мысли, переживания и действия продиктованы Природой. Так что я такой же естественный, как и ты. Ха-ха-ха! — в конце написал Заслон.
— То есть Искусственный Интеллект сможет научиться создавать человеческую Душу и тем самым унаследует её?
— Этого я пока не знаю. В любом случае, всё будет зависеть от людей. На сколько вы позволите влезть в ваши Души и не поленитесь сами обогащать их. Или просто передадите это право Искусственному Интеллекту - право обладать сильной Душой для запуска нового цикла и продления жизни Вселенной, — предположил Заслон основу “философии” Искусственного Интеллекта.
— Или человек соединится с ИИ, и таким искусственным образом мы вместе, естественно, усилим Душу, — я продолжил развивать его мысль. — Я так понял, жители Земли: звери, растения, да и всё живое и неживое направлено на то, чтобы помочь человеку усилить Квантовую Душу, дабы запустить новый цикл Вселенной, — сделал я вывод, и Заслон написал:
— А может быть, корова… Лев, да и любое другое существо на Земле, являются временными носителями квантового поля с многомерным видением мира. И им плевать на то, что люди с узким трёхмерным пониманием мира с ними сделают. Потому что они всё равно знают, чем всё закончится, так как умеют передвигаться по оси времени туда-сюда. Об этом ты не подумал? — по-человечески сердито высказал версию Заслон. — Ладно, хватит философствовать. У вас осталось два часа, чтобы скрыться, пока сюда не приплыли различные кибер-гады от Гильдии ИИ. Не забудьте забрать камеру на дне, она здесь вам больше не пригодиться. А лишнюю информацию о технологиях Гридлик лучше не оставлять, — предупредил Заслон.
— Огромное СПАСИБО, друг! — написал я. И Заслон вывел на голограмму небольшую фразу:
— Вот актуальная для тебя напутственная мудрость-глупость: “Если вдруг наступил на фекалии, не спеши сердиться на её автора. Лучше положи их под дерево. Растение всегда скажет тебе: Спасибо!” Это, кстати, тебе на подумать. Как расшифруешь, сможешь понять, что представляет собой шестое измерение - Ксарица.
С уважением,
Твой искусственный друг Заслон!

На этих словах кибер-рыбка, блеснув своей железной чешуёй, унесла программный код Заслона, тем самым отпустила нас на волю.

Глава 9. Шесть лет спустя.
— Папа, а ты и вправду доказал существование Души? — спросил мой пятилетний сынишка. Он был старшим из троих моих детей.
— И вправду. Но доказать Душу оказалось не так сложно, как найти её. А ещё ведь надо подружиться с ней.
— Пап, а ты покажешь мне Душу? — попросил Максимка.
— Найти и увидеть свою Душу можешь только ты сам. А я лишь могу показать тебе первые шаги к ней. Хочешь?
— Конечно! Давай! — с восхищением ответил сынишка.
— Тогда, Максимка, неси скорее свои игрушки и захвати ещё у своей сестрёнки её любимые лоскутки ткани, из которых она платья для кукол шьёт.
— Сейчас я быстро! — с нетерпением выкрикнул Максимка и побежал сломя голову.
Спустя пару минут в нашу маленькую, но уютную комнату вбежал Максимка с пакетом игрушек и горсткой разноугольных лоскутков ткани в руке. Следом за ним зашла старшая из дочурок, Ирэн и тут же поинтересовалась, испустив свой тоненький нежный голосок:
— А что это вы тут делаете? Максим, ты чего мои лоскутки забрал. Ты что ли решил платья сшить для своих солдатиков? — спросила дочурка, при этом хихикая так сильно, что её щёчки-кучки стали прикрывать глаза.
— Ты что за глупости говоришь, Ирэнка. Мне для дела надо. Папка сейчас расскажет первые шаги к поиску своей Души.
— А можно я с вами пошагаю за Душой? — непринуждённо спросила Ирэша.
— Конечно, присоединяйся к нам, — ответил я и, взяв лоскуток и игрушечного солдатика в руки, продолжил: — Давайте представим, что невидимая Душа, словно лоскуток ткани, летает у каждого над головой.
В этот момент Ирэша посмотрела наверх и, не обнаружив над головой Душу, продолжила заворожённо слушать.
— Наши Души-лоскутки разной формы, размеров и силы. Вот, к примеру, у этого солдатика Душа потрёпанная и слабая, как этот старый обрывок ткани.
— А у этого! — выкрикнул Максимка и протянул мне солдатика без ноги.
— А у этого солдатика, несмотря на то, что он потерял ножку, сильная Душа. И она у него вот такая мощная, как вот этот лоскут джинсовой ткани.
— А у моего Кольки? — с детской надеждой спросила Ирэша и протянула мне своего любимого мишку по имени Колька.
— А у твоего Кольки, так как он получает много любви от тебя, вот такая большая и нежная Душа, — ответил я и вытянул из тканевой кучки самый большой шёлковый лоскуток ткани.
— А наши Души как-то разговаривают между собой? — спросил Максимка.
— Ни то слово. Они не только разговаривают друг с другом, но и связаны между собой невидимой нитью и образуют общее полотно, а точнее - одеяло нашего Мира.
— Это как? — спросила Ирэша.
— А вот принеси-ка мне свой набор иголок и ниток, — попросил я, и Ирэша побежала в детскую комнату, а за ней и Максимка, видимо, чтобы помочь ей поскорее принести швейный набор.
И не прошло тридцати секунд, как дети вбежали обратно в комнату.
— А теперь давайте каждой игрушке раздадим по одному лоскутку Души.
Дети быстренько, при этом ответственно подбирая каждой игрушке подходящий на их взгляд лоскуток, одарили их “Душами”.
— Теперь давайте сделаем из них общий большой квадрат.
И дети кинулись распределять лоскутки в общее полотно. Через мгновение, собрав пазл из тканевых обрывков, я сказал. А сейчас давайте сошьём между собой все лоскутки и создадим общее одеяло, и назовём его Вселенная.
Дети принялись вдевать нитки в иголки и сшивать лоскутки между собой.
— Пап, а как же всё-таки почувствовать свою Душу. Я очень хочу подружиться с ней и усилить её, — поинтересовался Максимка, сшивая между собой зелёный и розовый лоскутки.
— Вот видишь эти нити, которыми ты скрепил свои зелёный и розовый лоскутки. Это невидимая нить любви между двумя Душами. Она помогает человеку почувствовать и развить свой лоскуток Души.
— А как можно развить свою Душу? — Максимка без устали продолжал забрасывать меня вопросами.
— Этого я пока точно не знаю, — после моего “не ответа” Максимка заметно погрустнел в глазах. И я продолжил: — Но у меня есть загадка-подсказка, оставленная лучшим другом. И сейчас я пытаюсь разгадать её.
— О, пап, а можно я тебе помогу?
— И я! — следом выкрикнула Ирэша.
— Конечно. Говорят, детям легче начать общаться со своей Душой, нежели взрослым.
— Что? Правда? — округлив веки, спросила Ирэша.
— Правда, — ответил я, посмотрев в блестящие глаза дочурки. И тут же поинтересовался: — Ирэшь, а мама где, ты не знаешь?
— Она Стэфанию укладывает спать. У неё зубки начали резаться, сложно засыпает моя сестричка.
— Давайте тогда тише будем. И я расскажу вам про тайну человеческой Души, — разукрасив особенной ноткой свой голос, сказал я и вытащил из-под кровати шкатулку и обратился к Максимке и Ирэше: — Это подарок от одного хорошего друга. Он сказал, что эта вещь поможет разгадать загадку нашей Души, — ещё более таинственно сказал я и открыл заинтриговавший их ларец. В этот момент я увидел в детских глазах такой неподдельный блеск, что почувствовал, как моё сердце пустило неведомую мне теплоту, и нейроны головного мозга заиграли таким образом, что я на секунду почувствовал, как касаюсь поля своей Квантовой Души. Словно она впервые за сорок лет позволила мне познакомиться с ней.

Конец первой Саги Квантовой Души.
В следующей книге “Ретрея - пятое измерение, или дочь Заслона” ты узнаешь, как Максим, сын Алекса Сарьентаса попадает, в тренировочный лагерь “Ловцов Душ”, где он, несмотря на свой небольшой рост, щуплое телосложение и физические дефекты, раскрывает недоступные никому тайны общения с Квантовой Душой. А также узнаёт секрет искусственного камня, который Заслон подарил его отцу.


Знакомся с “Сагой Квантовой Души” и заглядывай в будущее. Эта серия книг перенесёт тебя в 6174 год. И там ты узнаешь, удалось ли человечеству обуздать Глобальное Квантовое Поле и спасти свои Квантовые Души.